– Я не собиралась звонить, – попыталась объясниться Кейт. – Немедленно верните сумку!

Они продолжали двигаться к дому. Теперь Кейт оставалось только молиться, чтобы ее сообщение было прочитано и правильно истолковано.

Дверь в дом стояла приоткрытой. Брендан толкнул ее и быстро вошел.

Внутри было темно, потому что снаружи уже сгустились сумерки. Короткий коридор вывел их в большую комнату с зарешеченным окном, за которым угасал последний дневной свет. И в его лучах Кейт открылось удивительное зрелище.

На полу сидели две женщины. Одна под окном, молодая девушка четырнадцати-пятнадцати лет. Мэнди Аллард? Выглядела она ужасно: спутанные волосы, огромные воспаленные глаза, желтовато-серый цвет лица. Она походила на ожившего мертвеца и как будто держалась из последних сил. В ней чувствовалось что-то от смертельно раненного животного, загнанного в угол и продолжающего защищаться только ради того, чтобы подороже отдать жизнь. В ее руке что-то блестело… Приглядевшись, Кейт поняла, что это разбитая бутылка. Опасное оружие, даже в руках полуживого человека.

Напротив сидела другая женщина, значительно старше первой, но моложе Кейт. Она была в гораздо лучшем физическом состоянии, чем девушка, но одна ее рука была обмотана шарфом. Женщина придерживала ее другой рукой, как будто ей было больно. Она подняла голову. Лицо было залито кровью.

В нос Кейт ударил ужасный запах – крови, экскрементов, пота…

– Господи… – прошептала она и упала на стену.

Брендан побледнел как полотно:

– Линда, Линда… что случилось?

– Линда? – оживилась Кейт. – Линда Касуэлл?

– У нее ключи, – прохрипела Линда Касуэлл. – Ключи от машины, я не могу уехать отсюда.

– Как ты вообще здесь оказалась? – спросил Брендан Сондерс. Он стоял посреди комнаты с сумочкой Кейт в руке, явно ошеломленный ситуацией.

– Я хотела положить этому конец, – сказала Линда. – Ты всегда говорил, что жестоко оставлять их здесь медленно умирать.

– Но я не имел в виду… Боже, Линда… – Брендан Сондерс был готов разрыдаться.

– Нам срочно нужен врач, – сказала Кейт.

Линда остановила на ней взгляд:

– Кто вы? – Оглянулась на Брендана. – Кто она?

– Журналистка, – объяснил Брендан. – Пишет о пропавших девочках. Сегодня она появилась у меня в квартире, и я подумал…

– …Что будет лучше избавиться от нее здесь, – закончила за него Линда.

Она с трудом поднялась на ноги. Глубокий порез шел от левого виска по щеке и через рот.

– Боже мой, она была прикована… Мэнди. Она освободилась и устроила мне засаду с этой бутылкой.

Мэнди что-то прохрипела, как будто зашипела кошка.

– Я уронила ключи от машины, – продолжала Линда.

Кейт поняла, почему она так странно говорит. Губы порезаны. Рот наполняется кровью, так что Линде приходится часто сплевывать. На полу рядом с ней уже образовалась лужа. Язык, наверное, тоже пострадал.

– Она сидит на ключах, – Линда кивнула на Мэнди. – Я не могу до них добраться.

Кейт поняла, что женщины смотрят друг на друга так вот уже несколько часов. Каждая ждет, когда силы другой иссякнут, и, судя по всему, первой будет Мэнди. К сожалению.

– Теперь у нас есть машина, – сказал Сондерс и показал на Кейт: – Ее.

– Ты действительно хочешь оставить ее здесь? – спросила Линда.

– А что еще нам остается? Она почти докопалась до правды. Мне пришлось привезти ее сюда.

– Так уж и докопалась…

Линда подняла руку и утерла кровь с лица рукавом зимнего пальто. К ране прилипла шерсть, отчего лицо выглядело еще ужаснее. Шарф, которым Линда обвязала руку, пропитался кровью насквозь. Должно быть, Мэнди набросилась на нее как разъяренный зверь. И, в общем и целом, справилась с задачей. Большего получиться не могло.

– Ей известно достаточно, чтобы оставить ее здесь. – Брендан чуть не плакал. – Прошу тебя, Линда… я действительно всего лишь хотел…

– Так или иначе, она здесь. Теперь она должна исчезнуть.

Кейт пока не знала, как вписать в эту историю Линду Касуэлл, но понимала одно: это то самое место, где погибали девочки. Саския Моррис и, с большой вероятностью, Ханна Касуэлл. Первая, согласно рапорту патологоанатома, умерла в состоянии крайнего истощения. Их оставили на произвол судьбы, посреди безлюдья, вдали от людей и человеческого жилья. Самый простой способ убить человека – просто закрыть за собой дверь. Брендан, вероятно, избавлялся от тел.