– Но игнорировать полностью тоже нельзя.

Райан в недоумении уставился на Кейт:

– То есть вы из тех, кто считает Кевина несчастным безобидным парнем, которого я преследую?

– Из тех? Вы хотите сказать, многие вокруг вас думают, что это был не он?

Райан презрительно фыркнул:

– Он красивый молодой парень. Женщины от него без ума. Все, или почти все – молодые, пожилые, среднего возраста. Еще бы, такой обаятельный молодой человек… Вежлив, элегантен. Даже некоторым мужчинам нравится, хотя…

– Что?

– Репутация у него не из лучших. Слишком часто меняет подруг. Наверняка крутит сразу с несколькими. Ему все равно, замужняя или нет. Поэтому поклонников среди мужчин у него меньше, чем среди женщин. Логично, правда? Но это касается прежде всего тех мужчин, чьи женщины прошли через его руки. Среди остальных есть и такие, кто обожает Кевина. Еще бы, он ведь такой обаяшка!

– Но вы никогда ему не доверяли. Даже до того, как…

– Кевин Бент никогда мне не нравился, – подтвердил Райан. – Слишком смазлив, ну и… самоуверен. Знает, как расположить к себе людей. К сожалению, многие ведутся.

«Просто полная противоположность тебе, – мысленно обратилась к Райану Кейт. – Ты вообще когда-нибудь улыбаешься?»

«Надежный человек, на него можно положиться», – сказала о Райане женщина из Стейнтондейла. Кейти понимала, что она имела в виду. Райан определенно не из тех, кто бросит человека в беде, когда тот просит поддержки. Но доброго слова от него не дождешься.

– Как вы думаете, что произошло с Ханной тем ноябрьским вечером? – спросила Кейт.

– Я тысячу раз объяснял это полиции. И всем остальным, вне зависимости от того, хотели они меня слушать или нет.

«На самом деле в ситуации Кевина Бента действительно непросто держать паб в таком небольшом городе, – подумала Кейт. – Обаяние Кевина здесь как нельзя кстати. Если б не оно, он давно разорился бы, имея такого врага, как Райан Касуэлл».

– Бент посадил Ханну в свою машину в Халле, после того как она опоздала на поезд, – продолжал Райан. – Мы договорились, что она поедет следующим поездом и я заберу ее в Скарборо. Конечно, я расстроился. Я рассчитывал забрать ее после работы, а теперь нужно было околачиваться где-то около двух часов. Мы жили в Стейнтондейле. Можно было съездить домой и вернуться, но я решил подождать. Припарковался где-то на побережье и сидел в машине. Холод собачий. В паб идти не хотелось. Там пришлось бы взять что-нибудь из еды и выпивки, а для меня это слишком дорого. Я никогда не ем вне дома.

– Ханна знала, что вы на нее злитесь?

– Да. Я ясно дал ей это понять.

– И она встретила Кевина Бента, который отвез ее в Скарборо?

– Да. Она знала, как я отношусь к Бентам. Я никогда не позволил бы ей сесть в машину к кому-то из них.

– Чем именно вам не нравился Кевин Бент? Ну, кроме беспорядочной личной жизни.

– Чем он мне не нравился? – Райан рассмеялся. – Бенты были и остаются бандой, – он вложил в это слово всю свою обиду. – Банда, самая настоящая. Отец исчез неизвестно где, мать болела рассеянным склерозом, не могла управляться с фермой и жила на пособие.

«Само по себе это не преступление», – возразила про себя Кейт.

– Старший брат еще подростком попал в плохую компанию. Он причастен к групповому изнасилованию пятнадцатилетней девочки…

– Погодите, – перебила Райна Кейт. – Я читала об этом. Согласно моим источникам, Марвин Бент к этому не причастен. Его не было с друзьями в тот день.

– Он не смог предоставить алиби.

– Девушка его не опознала.

– Как и двух других парней, вскоре во всем сознавшихся. Сколько можно говорить об этом! – Райан нетерпеливо замахал руками. – Когда подобное случается с молодой девушкой, пусть даже и зрелой женщиной, которую похищают, над которой издеваются, не нужно быть чертовым психологом, чтобы понять, что она травмирована на весь остаток жизни. Если, конечно, вообще останется жива. Первые недели и месяцы самые тяжелые. То же с этой, как ее… Амели Голдсби. Она пробыла целую неделю во власти этого маньяка. И вы всерьез верите, что после этого она может дать адекватное описание хотя бы его внешности? В конце концов он мог ее запугать. Дать понять, что ее ждет, если она его выдаст. Что он найдет ее хоть на краю света, и дальше… С чего вы взяли, что словам Амели Голдсби можно верить?

Это была новая мысль, по крайней мере для Кейт. Она не знала, рассматривал ли такой вариант Калеб Хейл. Амели умалчивала о важнейших моментах похищения, и всем казалось очевидным, что все дело в бессознательной блокировке, что срабатывает механизм защиты, не позволяя Амели заново столкнуться с пережитым ужасом. Но что, если все сложнее, или, если угодно, проще? Что, если Амели боялась говорить, потому что преступник запугал ее? Если же наконец, не без ее помощи, он все-таки окажется за решеткой, некоторое время она сможет жить спокойно. Но рано или поздно он выйдет. Раньше, чем хотелось бы, потому что безопасность жертвы преступления – далеко не главная задача системы правосудия. Не говоря о друзьях злоумышленника, которые останутся на свободе.

Если б Кейт официально состояла в следственной группе, то непременно обсудила бы этот вопрос с Калебом. А так… уж очень велик риск быть неправильно понятой.

– Ну, хорошо… – Кейт решила вернуться к тому, с чего начала: – Значит, брат. Но что вы имеете против самого Кевина?

– Неприятный парень, – Райан мотнул головой.

– Неприятный парень – или насильник и похититель людей? Здесь есть разница, и значительная.

Глаза Райана сузились:

– Для какой газеты вы пишете? Какая-нибудь левая газетенка в защиту прав обаятельных убийц?