– Я журналистка, – сказала Кейт. На этот раз ложь слетела с губ легко и естественно. – Из Лондона. Работаю над статьей об ужасах, которые здесь происходят. Я имею в виду исчезновение девушек. Одна из них найдена мертвой. Другой удалось бежать.

– Понимаю. Это потому, что я помог вытащить Амели Голдсби из воды?

– Да. У меня к вам несколько вопросов, но, конечно, я могу зайти и в другой раз…

– Все нормально, входите. Только у меня сейчас холодно, отопление только что включили. Хотите горячего чая?

Они устроились на кухне, окна которой выходили в сад. Крутая лестница вела в квартиру Чапленда. Середину кухни занимал большой деревянный стол, вокруг царил живописный беспорядок. Чапленд предложил Кейт сесть, вымыл руки и заварил чай, выставив на стол две чашки, сахар и молоко. Кейт сжала чашку в ладонях. У нее зуб на зуб не попадал. Хорошо, что предусмотрительно не сняла пальто.

– Что ж, – начал Чапленд, – вряд ли я смогу сказать что-то новое. Мои показания по большей части уже попали в газеты. Тем вечером я шел по Кливленд-уэй и увидел того человека… забыл, как его зовут…

– Алекс Барнс.

– Точно. Мистер Барнс лежал на животе на причальной стене. Приблизившись, я разглядел, что он держит за руки девушку. Она висела в воде, полумертвая от ужаса, и у него не хватало сил ее вытащить. Я взял ее руки, чтобы освободить мистера Барнса, и крикнул ему, чтобы вызывал помощь, но его телефон упал в море. Тогда я дал мистеру Барнсу возможность более-менее расслабить пальцы и опять передал девушку ему. А сам вызвал полицию и «скорую».

– Вам не показалось, что Барнса как-то встревожило ваше появление?

Чапленд покачал головой:

– Полиция спрашивала о том же. Нет. Напротив, он как будто почувствовал облегчение.

Кейт осторожно продолжила:

– Наверное, об этом вас тоже спрашивали, но… как вы вообще там оказались, мистер Чапленд? Вы шли из порта. Это не самый короткий путь к вашему дому.

Чапленд рассмеялся:

– Действительно, вы слово в слово повторяете вопросы полиции. Вы точно журналистка?

– Думаю, это вопросы, которые в такой ситуации могут прийти в голову любому, – уклонилась от ответа Кейт, – независимо от того, полицейский или нет.

– Всё так. При других обстоятельствах я, конечно, поехал бы на машине. Я беспокоился за лодки. Хотел проверить, надежно ли они закреплены. К сожалению, я выпил две бутылки пива и не хотел в таком состоянии садиться за руль.

– Все правильно, – согласилась Кейт. – Даже слишком правильно.

– Меня уже один раз лишали водительских прав, – объяснил Чапленд. – Вождение в нетрезвом состоянии.

– Правда?

– Я не такой уж безнадежный пьяница, но был канун Нового года, и я возвращался с праздника. Чистый идиотизм с моей стороны. Но с тех пор я осторожен, как лис.

Вполне правдоподобное объяснение. Лишение водительских прав исправляло многих.

– Ну, хорошо. Вы пошли пешком. Но зачем такой крюк? В холод, над бушующим морем, поздно вечером?

Он улыбнулся:

– Я люблю море, именно такие вечера.

– Понимаю.

– Вы не ведете никаких записей.

– Что?

– Меня удивляет, что вы не делаете никаких заметок. Все запоминаете?

Кейт почувствовала, как у нее загорелись щеки. Это ее оплошность. Она действительно плохо подготовилась к этому разговору.

– Я… до сих пор мы говорили о более-менее известных вещах. Вы действительно не сказали ничего нового… Позже мне хотелось бы сделать несколько фотографий.

Чапленд кивнул. Похоже, он принял ее за дилетантку.

– Хорошо. Если будете цитировать меня дословно, хотелось бы предварительно вычитать.

– Конечно.

– В какой газете вы работаете? – Теперь в его голосе слышался намек на недоверие.

– Я независимая журналистка. Живу в Лондоне. Пока не знаю, кому предложу этот материал. Речь о том, что подобные события делают с людьми, с городом.

Он задумчиво посмотрел на нее.

– Да, звучит интригующе… Я только боюсь, что подобные события мало что меняют. Знаете, пока это будет на слуху и на страницах газет… возможно, родители лишний раз напомнят детям, что бывает с теми, кто садится в машины к незнакомцам. Но жизнь очень быстро вернется в привычное русло. Как будто ничего не было. Вспомните нападения в Манчестере, в Лондоне… пожар в Гренфелл-Тауэр… повседневные заботы очень быстро снова завладевают мыслями людей. Работа. Деньги. Школа… Как будто ничего не было, да…