— Есть! На внутренней стороне ляжки. Это поклонник Сварга Меняющего плоть.

— Граф Седов, где у вас тут пыточная? Сейчас мы все узнаем! — вставил и я свои пять копеек, косясь на барона Дитриха.

Тот уже встал на ноги, медленно осознавая, что произошло. И чем больше он осознавал, тем кислее становилось его лицо.

— У нас нет пыточной, — ответил граф.

— Как же так? Такое нужное место, и его нет.

— Барон, с вами всё в порядке? — спросила Краснова у Дитриха.

— Да, — выдавил тот, скрежетнув зубами.

Его буквально выворачивало наизнанку от осознания того, кто его спас. Кажется, у него даже капилляры полопались. Вены же на шее вздулись как сытые пиявки, а в глазах застыла ненависть.

А я ещё и подбросил уголька, издевательски сказав:

— Барон Дитрих Герд, герой битвы при Улле-Ши, вас уберёг от смерти какой-то первокурсник, едва ли не ребёнок. Помните об этом до самой смерти.

Аристократ искривил губы, желая что-то процедить и это вряд ли было «спасибо». Однако он сдержался, облил меня яростным взором и рванул вверх по ступеням. А я почувствовал удовлетворение. Шикарно проучил заносчивого дурачка.

Общежитие «мяса», академия стражей, город Стражград

В небольшой комнате тихо шумел вентилятор и горела лампочка. Её свет падал на круглый стол и обосновавшихся за ним пятерых хмурых третьекурсников.

— … Не должен какой-то сопляк стоять во главе общежития! У него ещё молоко на губах не обсохло, а мы уже должны прогибаться под него. Да у меня шрамов больше, чем у него волос на лобке! — прорычал один из кадетов, зыркая исподлобья.

— Ну, он реально крут. Слухи не врут. Да я и сам видел, как он Ратникова избивал, — взял слово другой парень. — Громов безжалостен и действительно хорош как в магии, так и с оружием. Его все тренеры хвалят. Уникум, млять, какой-то. Он прёт как танк, словно и не думает о последствиях. Ему плевать на титулы, деньги и социальное положение. Мне кажется, что он и императора может вызвать на дуэль или обозвать петухом в короне.

— А ещё девки от него без ума. Моя вон постоянно о нём выспрашивает по поручению подруг, — хмуро вставил третий кадет, не сумев сдержать завистливого вздоха. — А сейчас к нему будет ещё больше внимания, ведь папочки позвонят своим дочуркам и скажут, что надо бы закадрить такого перспективного мага, прокляни его Чернобог! Я не удивлюсь, если он завтра прибудет из Пустоши, да не один, а с колонной пленных зверолюдей и верхом на драконе.

— А может, и не для подруг твоя девушка выспрашивает, а для себя? — весело выдал четвёртый и заработал яростный взгляд третьего. — Ладно, ладно. Я же пошутил. Чего ты на меня так смотришь? Мы тут все заодно. Нам всем не нравится нынешнее положение дел. Громова надо скинуть.

— А Барсов?

— Что Барсов? Он всегда с теми, на чьей стороне сила, так что за него не переживайте. Как только Громов оступится, он тут же переметнётся. Потому давайте думать, как избавиться от власти Громова.

Пустошь. Форт Заступник

Как только Дитрих рассерженной пчелой вылетел из подвала, граф сощурил глаза и приподнято сказал:

— Громов, я буду настаивать, чтобы вы по окончании академии пошли под моё командование.

— Но-но, граф Седов, — шутливо погрозила пальцем Краснова, глядя на дворянина. — Не так быстро. Я тоже буду претендовать на Громова.

Тот усмехнулся и приказал солдатам тащить пленника в карцер. Они быстро приволокли его в тесный каменный мешок и оставили керосиновую лампу, а сами пошли выполнять приказ графа. Он их послал за капитаном Морозовым.

В карцере мы остались вчетвером: я, Седов, Краснова и хаосит. Последний был абсолютно голым, ну если не считать ошейника и наручников, красующихся на заведённых за спину руках.

— Может, у кого-то есть кожаный хлыст? — спросил я, глядя на хаосита.

Краснова жеманно хихикнула.

А вот граф недовольно прорычал:

— Громов, избавьте меня от своих шуточек. Не до них сейчас. Лучше приведите в чувство хаосита, да понежнее.

Я пожал плечами и саданул берцем по подбородку мужчины.

Седов зашипел, столкнув брови над переносицей. Хаосит же открыл глаза и вперился в нас злобным взглядом.

— Доброе утро, — бросил я ему и присел на корточки. — Вижу, ты решительно настроен. Тогда давай сразу перейдём к пыткам. Минуем ту часть разговора, где я прошу тебя всё рассказать по-хорошему. Ты как? К ногтям своим привык? Начинай отвыкать. Я их сейчас вырву. Тебя пронзит жуткая боль, а вот крови будет совсем немного. Я же не хочу, чтобы ты потерял сознание от кровопотери. А потом я начну тянуть из тебя жилы, потихоньку, сантиметр за сантиметром. Вскрою твою мошонку и выверну её наизнанку…