— Когда у нее была последняя менструация?

— Понятия не имею.

— Давайте рассмотрим основы. — Он указал на третий месяц. — Чтобы она забеременела к этому сроку, ей нужно пропустить менструацию в этом месяце. В нормальном цикле овуляция происходит примерно через две недели после последней менструации у женщины. Яйцеклетка жизнеспособна в течение восемнадцати-двадцати четырех часов.

У меня отвисла челюсть, когда Зани тихо выругался. — И это все? — спросил я.

Маццола кивнула. — Да, но сперма может жить внутри женщины до пяти дней.

Слава богу. Выносливые маленькие засранцы.

— Ее наилучшие шансы забеременеть — между одиннадцатым и четырнадцатым днем, — продолжил врач. — Поэтому регулярный вагинальный секс в это время — лучший вариант. Сколько ей лет?

— Двадцать.

— Это хорошо. Она наиболее плодовита в свои двадцать. Есть ли у вас какие-либо заболевания, передающиеся половым путем?

— Я всегда пользовался презервативами.

— Неважно. Если вы не сдавали анализы, нам следует сделать это немедленно. Существуют определенные заболевания, которые могут помешать зачатию у мужчины.

Я вздохнул. — Ладно. Что тебе нужно, чтобы проверить меня?

— Только кровь. — Доктор полез в сумку и достал оттуда какие-то принадлежности. — Нам также нужно проверить ее. Чтобы убедиться.

— В этом нет необходимости. Она девственница.

Выражение лица Маццолы не изменилось при этом откровении. — Конечно, она же твоя жена, в конце концов. Я не хотел проявить неуважение, дон Бускетта. — Он прочистил горло. — Однако нам следует быть дотошными.

— Я сказал, что это не нужно.

Маццола побледнел от моего угрожающего тона. — Если ты уверен, то мы просто проверим тебя. Вставая, он обошел стол с моей стороны. — Протяни руку.

Он завязал мне бицепс, затем протер внутреннюю часть локтя салфеткой. Когда все закончилось, я отмахнулся. — Сообщи мне результаты как можно скорее.

— Я должен получить их завтра. А пока предлагаю вам попытаться узнать цикл вашей жены. Это облегчит процесс для вас обоих.

Мне было все равно, легко это или нет; мне просто нужно было это сделать. — Так что, трахаться во время овуляции, и через две недели она должна забеременеть. Это все, что мне нужно знать?

Маццола положил пробирку с кровью в пластиковый пакет и запечатала его. — Если хотите быть уверены, эякулируйте в нее каждый день в течение этих двух недель. Это увеличит ваши шансы. Но ее цикл может быть нерегулярным, в этом случае ей нужно будет измерить температуру, чтобы определить окно овуляции.

Да бля. Почему все было так сложно? — Что-нибудь еще?

— Вы оба должны избегать курения или употребления каннабиса и питаться пищей, богатой питательными веществами. Я могу прописать пренатальные витамины уже сейчас. Она должна начать принимать их еще до зачатия.

— Оставьте рецепт. Я куплю. Вы свободны.

Маццола выпрямился и протянул руку. — Желаю вам удачи, дон Бускетта.

Я не двинулся с места, проигнорировав протянутую через стол ладонь. — Я жду звонка завтра с результатами, доктор.

После того, как он пообещал, что он позвонит, Маццола ушел с Зани. Оставшись один, я уставился в стену и думал о том, как я планировал засунуть ребенка в свою жену.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТЬ

Эмма

На следующее утро я рано встала и разговаривала с Сэлом на кухне, когда вошел Джакомо.

Я украдкой наблюдала за его широкой спиной, когда он стоял у эспрессо-машины. Мы не разговаривали много после того, как он накричал на меня и приказал мне оставаться в своей комнате.

«Мне все равно, счастлива ты здесь или нет. Ты для меня никто. Проблема...»

Я сказала себе, что мне все равно, но слова ранили. Никто раньше не обращался со мной так бессердечно. Да, я поняла, насколько привилегированной это меня сделало. Но это было правдой.

Джакомо законно ненавидел меня — и я его не винила. Меня ему навязали.

Но он думал, что это пикник для меня? Вся моя жизнь была нарушена! Он все еще был в своем семейном доме, окруженный друзьями. Я изо всех сил пыталась лгать сестрам, не отставать от своих онлайн-занятий и следить за своим больным отцом.

Мой муж повернулся ко мне, держа в большой руке чашку демитассе.

— Когда тебе понадобятся твои женские вещи?

Я моргнула несколько раз. — Мои что?

— Прокладки. Тампоны. От кровотечения.

Какого черта? Я долго не могла ответить, удивление заморозило мне язык. Сначала он хотел узнать, девственница ли я. Теперь он спрашивал о моих месячных. Неужели я потеряла право на личную жизнь после повторения брачных обетов?