– Хм-м-м.

– Ты же не говорила об этом королеве Маб, правда?

– Что? – воскликнула Нора. – Конечно, нет! Я же тебе клятву дала, и даже Блейк несколько раз предупреждал меня. Но я и сама понимаю, как важно, чтобы тебя воспринимали как королеву ядов, пока ты не овладеешь своим врожденным даром. – Она смотрела на пол, переступая с ноги на ногу. – Знаю, в твоих глазах я всего лишь очередная коварная фейри, но…

– Нет! Нет, это не так! – Я прикусили губу, устыдившись своих глупых подозрений. – Ты… практически моя лучшая подруга. Мне… мне так жаль!

– Практически лучшая подруга, – уныло повторила Нора.

Я сдерживалась только потому, что всю свою ведьмовскую жизнь называла лучшей подругой другую ведьму, Амари. Однако на церемонии моей коронации мы поссорились, потому что я полюбила демона, и, похоже, нам с ней не суждено снова сблизиться.

У меня в груди все еще зрело маленькое семя надежды, что Амари будет чаще писать мне, а не только лишенные эмоций поздравления с днем рождения или основанием шабаша.

Поэтому было неправильно называть Нору моей лучшей подругой, пока я таковой считала Амари.

– Просто это так… Морриган… Она давно должна быть мертва. Ей ведь не меньше тысячи лет.

Передо мной возник образ Морриган из учебника: женщина с длинными волосами, выглядывающими из-под светло-голубого капюшона. Ее необычным фамильяром была трехглавая ворона по имени Авалон. Фамильяры вроде Авалона или Атропос были знаком особой любви нашей Богини.

– А вы, ведьмы… разве вы не бессмертны?

– Да… и нет. Ну, мы не стареем, но через несколько столетий ослабеваем и умираем. В конце концов, я уже тринадцатая королева ведьм. Не все из них были убиты предшественницами.

– Но… но ты не можешь просто умереть!

Я улыбнулась ей.

– Это случится через несколько сотен лет. Пока что мне всего лишь двадцать два.

Конечно, если Анастасия не убьет меня раньше.

Я сунула письмо в платье, и Нора спросила меня о том, как я буду действовать дальше.

– Я вообще ничего не собираюсь делать. Я же говорила, что ближайшие несколько десятилетий буду держаться подальше от мира фейри, и это письмо ничего не изменило.

Если Морриган жива, она, конечно, может появиться при моем дворе. Почему королева ведьм должна искать ее?

– Ты уже закончила работу? – прямо спросила меня Нора.

– Нет, на самом деле…

– Тогда полетели!

Не дожидаясь моего протеста, Нора взмыла в воздух, расправив крылья.

Я схватила вилы и помчалась вслед за фейри по безоблачному небу над Алником.

Мне пришлось вернуться за остатками пончика. Было бы грубо растратить столь прекрасный подарок.

Солнце еще даже не опустилось за горизонт, когда я начала нервно расхаживать по внутреннему двору замка. При каждом шорохе я с бешено колотящимся сердцем оборачивалась, чтобы понять, что шум исходит от плаща, который меня практически заставили надеть вместе с праздничным нарядом. Вплетенные в ткань золотые нити только утяжеляли ее.

– Вот ты где! – выкрикнула дворцовая библиотекарша Ишита, бросившись ко мне. Она вела себя очень странно, что могло быть связано с тем, что под правой подмышкой у нее была зажата книга, а в обеих руках она держала огромную корзину, которая почти полностью закрывала ей обзор. – Прибыла еще одна корзина. Шуйлянь просит прощения за опоздание, но она службой экспресс-доставки отправила подношения к сегодняшнему празднику.

– О, если она найдет зеркало, Джанна могла бы…

Однако Ишита толком не слушала меня после передачи корзины – она уже торопилась в библиотеку, где сейчас проводила больше времени, чем дома. Я предположила, что она хочет еще что-нибудь записать, прежде чем на бумаге изложить события вечера с точностью до секунды.

Запах свежей выпечки и сладких слив прямо под носом отвлек меня. Шуйлянь приложила немало усилий, чтобы подготовить дары к сегодняшнему празднику, хотя у нее на родине эти дни отмечались иначе, и я даже не ждала никаких подарков.

В Лугнасад мы, ведьмы этого полушария, пекли первый хлеб и собирали самые первые плоды, чтобы принести и то, и другое в жертву нашей Богине. Это был первый из трех праздников урожая, за которыми следовали Мабон в сентябре и Самайн в октябре. Множество ведьм прислали мне корзины с хлебом, так что я смогу кормить уток в саду Алника и окрестных водоемах на протяжении доброго десятилетия.

И все же я собрала самые изысканные пирожные и самые красные яблоки в корзинку и поставила перед каменной статуей нашей Богини во внутреннем дворе замка. Раньше Лугнасад приравнивался к празднику убоя скота, но древние обычаи претерпели изменения: вместо мяса я выбрала в качестве подношения масло домашнего изготовления с хрустящими ломтиками редиса, красным луком, освященными травами и съедобными – то есть неядовитыми – растениями. В Инстаграме [4] я наткнулась на особый способ сервировки на деревянной разделочной доске, который, разумеется, сразу же захотела испробовать.