Прошедшее время всегда напоминает о том, чего у тебя уже нет.

Утром он проснулся от звонка телефона и смеха двух агентов. Миллер не выдержал и уснул, изучая материалы дела Джины Пебблз.

– Только посмотри на него. Как он спит! – зашептал один из агентов. – Как маленький ребенок, который весь день играл в парке… И вдруг за секунду постарел на шестьдесят лет.

– Дела у него совсем плохи. Никого не может найти. Бедолага. Пора бы ему уже на пенсию. Сколько ему? Разве в этом возрасте не возникают проблемы со сном? – спросил второй.

– Тихо, а то он проснется! – гаркнул кто-то среди общего смеха.

Как только Бен открыл глаза, его ослепил яркий свет флуоресцентных ламп. Ему потребовалось некоторое время, чтобы узнать голоса Малькольма и Эштона, тридцатилетних агентов отдела розыска пропавших без вести, которые сидели по обеим сторонам стола и ждали, когда Миллер проснется.

– Доброе утро, Бен! Как тебе спалось, ангелочек? – съехидничал Малькольм.

– Не смешно, – прохрипел Бен, откашливаясь.

– Смотри, я принес тебе кофе и утреннюю газету, но тапочек здесь нигде нет, – произнес Эштон, парень из Бостона с пробором набок и улыбкой из рекламы зубной пасты.

– Который час?

Снова зазвонил телефон, а Малькольм, мужчина с густыми усами по моде восьмидесятых, все не унимался:

– Бен, было бы лучше, если б ты… Не знаю… Оставил нам то, на что у нас есть энергия? Твой стол стоит в самом идеальном месте: рядом с окном, в глубине кабинета, экран повернут так, что его никто не видит. Можно только гадать, сколько часов ты провел за просмотром порно, и никто тебя не застукал.

– Вам что, некого искать?

– О, да. У меня сейчас дедуля, который сбежал из дома престарелых. Семья ищет его как сумасшедшая. Но я подожду и дам ему немного поразвлечься, прежде чем его упекут обратно, – фыркнул Эштон с ироничной улыбкой.

– Ты в курсе, что очень часто такие люди страдают Альцгеймером? Возможно, ему нужны лекарства, – раздраженно сказал Миллер.

– Тише, тише… – ответил Эштон с таким жестом, будто контролировал даже то, что происходило за стенами офиса. – По словам очевидцев, он уехал на своем электросамокате. А что из этого следует? Он не мог уйти далеко. Выкурит пару косячков, оторвется на какой-нибудь вечеринке и вернется сам.

Телефон продолжал звонить, и Бен зажал переносицу, пытаясь собраться с мыслями.

– Я видел, что случилось с Эллисон, – произнес Малькольм то ли с грустью, то ли с иронией, однако все определилось, когда он продолжил. – Это и вправду ужасно. Не знаю, почему тебе так не везет с делами. Не хотел бы я оказаться на твоем месте.

Проснувшись не в своей кровати, Миллер все еще чувствовал себя немного сбитым с толку. Ночь поглотила его вместе с горой заявлений, фотографий, снимков с камер наблюдения и сообщений друзей Джины.

– Что у тебя на этот раз? Джина… Пебблз, – прочитал Эштон на одном из листов бумаги на столе. – Удачи с… Девочкой из 2002 года? Боже…

– Оставьте меня в покое. Ладно?

Телефон зазвонил опять, и Бен наконец с раздражением взял трубку.

– Кто это?! – крикнул он, как будто на другом конце его ждал продавец энциклопедий.

– Где тебя черти носят, Бен?

– Лиза?

– Я понимаю, что твоя работа – это очень важно, но как же я? Или наш брак для тебя ничего не значит?

– О чем?..

Лиза на другом конце вспыхнула:

– Я не намерена больше ждать тебя ни секунды. Я напомнила тебе вчера вечером перед твоим уходом. Я еду на кладбище. Пусть наш сын, где бы он ни был, знает, что по крайней мере один из нас думает о нем. Преподобный Карлсон будет служить небольшую мессу в память о Дэниеле. Можешь не приезжать.

Его жена повесила трубку.

Агент Миллер закрыл лицо руками. Он совсем забыл. Бен вскочил на ноги и побежал к двери под дружный смех Малькольма и Эштона, которые обменивались недоумевающими взглядами.

Он ехал так быстро, насколько позволял утренний поток машин. Он пересек Бруклинский мост и выехал на 228-ю улицу, которая проходила через весь район до моста Верразано-Нэрроуз. Бен проехал его, перестраиваясь из полосы в полосу каждые несколько метров, пытаясь обогнать другие машины. Вскоре агент припарковался у входа на кладбище Сент-Питерс в Статен-Айленд, всего в пяти минутах от их дома. Как только он вышел из машины, то набрал Лизу, но она не ответила.

Бен быстро шагал по кладбищу, петляя среди серых надгробий, выглядывавших из газона, словно маленькие прямоугольные башни. Издалека он увидел Лизу. Она неподвижно стояла напротив одного из них с закрытыми глазами. Миллер подошел к ней и тронул за руку, чтобы она знала, что он здесь.