[Арес: Не беси, стерва. И без тебя понятно, что ни черта непонятно.]

[Царь Небес: Перестаньте. И простите, что я так долго. Собирать информацию было действительно сложно. А уж тем более подтвердить её. Все вы знаете, что за Берестьевым тяжело следить. Трудно предугадать, где он будет уже через час. Ещё и постоянно разведка его прикрывает… Меня дважды проверять приходили из-за моего любопытства.]

[Семицветик бесконечности: Романовы берегут свой неожиданный козырь как могут. Неудивительно.]

[Гром: А можно к сути? Я на гладиаторские бои опаздываю.]

Этот телефон принадлежал человеку, который именовал себя Громом в зашифрованном мессенджере. Вся дальнейшая переписка раскрыла мне суть заговора против меня и то, как разведка узнала об этом.

— Гром — ваш оперативник?

— Нет. Гром — один из баронов, находящийся под моей защитой и делящийся по моему настоянию информацией, что будет полезна для защиты государственных интересов. И сейчас эти интересы представляют из себя увеличение численности одного восстановленного в правах рода, с чем, я надеюсь, ты и сам справишься под нашей опекой… — И Романов начал блуждать глазами по девушкам с конкретным намёком. — Ну и взятым на себя Сибирским проектом, конечно же. Знаешь, сколько жалоб я отправил гореть в камин после твоего рейда по врагам и должникам рода?

— А эти черти?.. — постучал я телефоном по столу.

— По большей части из этих самых родов. Но не только… Многих сможешь узнать?

— Два рода точно определил. К их несчастью…

Романов лишь довольно улыбнулся от моих слов.

— Где двоих, там и остальных вычислишь. Особенно с такой талантливой красавицей. Да? — подмигнул он моей помощнице, засмущавшейся ещё после прошлой реплики в свой адрес.

— Если вы не опередите меня, — хмыкнул я.

— Ну… Знаешь, это наша работа. Но в данном случае я вполне могу и притормозить своих парней. Единственное, Ареса ты не найдёшь. Этого взрывника захотят устранить сами заговорщики, но не успеют. Ваш поджигатель, увы, уже не успеет добраться до него и выполнить ещё один контракт. Но это сделаем мы. А то он ещё из страны улетит, скроется, как пятнадцать лет назад… Потом ловить устанем. Так что к нему уже летят мои ребятки. Если всё пройдёт хорошо, то он даже не умрёт, и мы тебе с ним, при желании, тет-а-тет устроим…

— Если только найдётся минутка. Фома сам тот ещё взрывотехник. Ответит ему любезностью, если ваше ведомство позволит. Космонавтом станет, как на бочку с порохом и тротилом посажу.

Романов снова лишь улыбнулся в ответ на мои слова. Я же указал своим пальцем за спину.

— С этим моментом давайте разберёмся. Вы знали о покушении на Машу и мой дом и ничего не предприняли?

— Почему же? Очень даже предприняли. Мы узнали всю суть их плана незадолго до атаки и успели предупредить Марию. Также сказали ей, чтобы она не звонила тебе или ещё кому-либо.

— Почему?

— Потому что за тобой следили. Вели тебя на приёме. Если бы ты уехал, они, вполне возможно, не сделали этот шаг, что не только развязал мне руки, но и позволил навестить его… — кивнул Константин Игоревич в сторону коридора.

— А кто он?

— Так, один призрак прошлого, служивший под моим началом… Я однажды простил его, дал последний шанс. Но он не внял голосу разума и схватился за жирный контракт и службу… сам знаешь, какому роду.

— Ирисовы… Ладно, а люди? Там погибли ни в чём неповинные люди! В чём их вина?

— Лес рубят — щепки летят. К сожалению, некоторые люди просто оказываются не в том месте и не в то время… — пожал Романов плечами, и я, хоть и понимал его, как представителя власти и разведки, внутренне весь сжался от неприятия подобных методов.

— Маша… Больше не слушай этого человека. Это до добра не доведёт. В следующий раз не жди, пока тебя похитят, а затем спасут. Сразу звони мне, — отчитал я девушку и проигнорировал хмурые взгляды замерших серых пиджаков. — Что же до вас, Константин Игоревич, — большое спасибо за заботу, прикрытие и спасение Маши, которого можно было избежать. И можно было не доводить дело до такого состояния. Дальше я сам. Маша, пойдём. Чашку не мой. Тут хватает помощников.

Я поднялся, вернул телефон Романову, приобнял Машу и повёл к выходу.

— Это я ещё строителей попросила уехать… Так бы и они погибли… — тихонько произнесла Маша, когда мы вышли на улицу.

— Подобные люди в человеческих жизнях видят лишь единицу статистики. Если бы ты погибла, он бы даже не расстроился. Всё, что ему нужно, — это получить право для вмешательства и обвинения родов. Ты стала его инструментом. Никогда больше не ведись на слова этого бесчувственного кретина, — идя к машине, высказался Маше, обходя лужи и грязь.

Часы на моей руке тихонько мигнули, закончив сканирование окружения на предмет взрывчатых веществ. Теперь эта проверка будет проводиться регулярно.

Задумчивая Юля вдруг осторожно притронулась ко мне и поравнялась.

— Странные они… Я пыталась осторожно узнать, о чём они думают. Только к их командиру не смела даже лезть…

— И как?

— Пустота… Словно и нет мыслей никаких. Роботы.

— Защитные артефакты. Они обязаны беречь тайны своего ведомства. Не переживай из-за этого.