— Что такое, Данечка? Ты чего это удумал? А пароль мне не подскажешь? Я очень хочу посмотреть, что за секреты скрываются в твоём телефоне и почему мне сам Романов из Кремля звонит так поздно вечером…

Мимо Антона Владимировича пронеслись вооружённые бойцы, которые словно из-под земли выскочили, и окружили старшего сына рода Ирисовых. Даниил лишь грязно выругался и поднял руки, понимая, что в этот раз он знатно облажался.

Всё же я был невероятно щедрым и великодушным, забрав у них лишь девяносто процентов от всех бизнесов и активов. Не трогал их недвижимость, личные вещи, транспорт, золотые украшения, боевые и повседневные магические артефакты… А ведь это тоже внушительные богатства. Не говорю уж о средствах на их банковских счетах, которые нужны для управления бизнесом. Но мою доброту, как обычно, восприняли как-то иначе. Что же… Значит, будем действовать по-другому…

— Эх, хорошо горит… — любовался я полыхающим загородным имением Грачевских. Первым из многих…

— Пи-и-и… — перевернулся на другой бок мой соратник, чтобы с удовольствием любоваться огненным шоу.

— Ты как, пушистый? На мумию похож. Жирненькую такую мумию.

— Пи-пи-пи… Пи-пи, — начал жаловаться он.

— Что болит? Источник?

— Пи.

— Это плохо. Тогда пока что никаких пространственных перемещений и других манипуляций с пространством. Мы вон и так неплохо справляемся. Да, золотце? — Не испытывая ни капли жалости, пнул я Грачевскую, но та, видимо, из-за своего жира даже не ощутила этого.

Юля уже собрала все необходимые доказательства, которые попадут в руки разведки и правоохранителей. Даже видео на кухне дома Грачевской мы записали, где она «чистосердечно» во всём призналась. Сделать это было легко, стоило лишь моей рыжеволосой помощнице влезть в её мозги и вывалить наружу всю правду, которую как могла скрывала эта жалкая и жадная стерва. Заодно и имена подельников выудили. Правда, знала Грачевская не всех, но мы потихонечку, помаленечку, шаг за шагом вытащим грязные секреты из головы каждого. И мы будем действовать тихо, без свидетелей, после чего поможем исчезнуть нашим дорогим жертвам. Благо опыт похищений у меня имеется.

— Поехали!

Прикрывающий нас и помогающий в проникновении и исчезновении Бортников наконец-то закончил возиться с мотором, который явно не был рассчитан на столь тяжёлые нагрузки… В следующий раз надо брать не минивэн, а полноценный грузовик.

Ехали мы в сторону болот. Но не для того, чтобы убить там и скинуть грузное тело в вонючую жижу. Нет, это было бы слишком просто… К тому же Юле надо тренироваться! Оставим там Грачевскую одну, перепрошив мозги, стерев воспоминания и… подселив чужую личность. Пусть считает себя кем-нибудь… Балериной, например. И свято в это верит. Когда очнётся и придёт в себя, двинется по наезженной колее, выберется через лес к нормальной дороге, к людям и… начнёт новую жизнь. И будет она занята не глупостями в виде мести и прочего, а борьбой с самой собой и со своим ожирением. Когда, с одной стороны, хочется съесть сладенький эклерчик, а с другой — трещит деревянный пол зала под ногами и мечта стать балериной ускользает день за днём… Вот пускай живёт новую жизнь, с полной уверенностью в своей адекватности. Ну а её род… В конце концов их конечной целью — и вообще всех этих заговорщиков — было уничтожение меня. Старые обиды на моего отца, обиды на меня, жившего жизнью барона Краста, обиды на моё возмездие…

Сгоревшее загородное поместье Грачевских — это только начало. Ценностей там особых не было, если не считать кучи еды и пары здоровенных холодильников. Все украшения — дешёвые подделки, сплошная безвкусица… В общем, забирать оттуда оказалось особо-то и нечего. Что поделать… Такой вот род, зажавший денег на подмосковную резиденцию. Ну, ничего страшного. Я теперь имею полное право надавить на имперские власти и попросить сменить правителя соседних земель, а молодого графа Грачевского лишить статуса и власти, равно как и большей части земель из-за многочисленных проступков его семьи, и передать всё тем, кто этого заслуживает несколько больше. И у меня даже есть кандидаты! Вот уж уверен, что Скорупский Адам Гедеминович будет не хуже, а скорее даже намного лучше как правитель этих земель и подданный империи. Ну и его соседству я буду только рад! Да и уверен, он знает что такое благодарность.

Доехали, выгрузили эту слониху, Юля сделала своё дело, практикуясь в псионике, а затем выдвинулись по следу новой жертвы. Рыжая плутовка была в восторге от возможности поэкспериментировать и уже вовсю придумывала следующую лжеличность заговорщику.

— Если он будет шепелявить, я внушу ему, что он великий певец! Если боец, то наполню его душу страхом к насилию… — предвкушала она будущие встречи с жертвами моей вендетты.

Юля вообще с каждой минутой расходилась всё больше и больше, будто это её, а не меня чуть не взорвали. Некоторые её предложения были не столько кровожадны, сколько позорны. Взять хотя бы идею с превращением человека в собаку или кошку. Чтобы они жили, считая себя реальными домашними животными. Лаяли на прохожих, мяукали хозяевам, ели с миски, умывали своё хозяйство языком, в туалет ходили в лоток или в кустики на улице… Бр-р-р… Ну и мерзость. И додумалась ведь до такого… Название тоже такое мерзкое придумала для этих заслуживших кары идиотов — квадроберы. Ну а дальше пошло-поехало…

Эти сволочи увидели, куда ветер дует, и как давай во все стороны, будто тараканы, разбегаться. Но кто они, а кто я?! На чьей стороне имперская разведка? Кому в трубку орёт: «Да чего тебе ещё, окаянный, от меня надо?» — Багратион, но при этом не скидывает? У кого волшебные часики, способные при активных мозгах владельца на очень и очень многое? И у кого помощником по тайным операциям выступает один из самых неуловимых людей империи? Целый Архимаг тьмы как-никак!

За границу вылететь у них возможности нет. Они все уже в чёрном списке, и при попытке свалить самолётом, даже своим частным, их попросту задержат до выяснения обстоятельств. Теракты устраивать в доме князя — ай-яй-яй.