— Он знает обо мне, знает, что я псионик. Это… Ничего ведь не случится, да?

— Ничего не случится. Он давно знает. Багратион — его подчинённый и… Романов явно имеет уши и глаза внутри кабинета своего зама. И всё же он ничего не сделал до сих пор. Может, раньше он и имел какие-то планы, но теперь нет.

— Он так смотрел на меня… Мне даже страшно на секунду стало. Я словно голая перед ним стояла… — продолжала Юля.

— Сильная аура у него. Тяжёлый взгляд. И его работа — знать все грязные секреты людей вокруг него. Так что поверь: это чувство не у тебя одной. Мне раньше в его присутствии тоже не по себе было. Но с тех пор многое изменилось. И ты тоже преодолеешь однажды эту робость. Всё-таки ты моя звёздочка и помощница. И в империи именно я в последнее время заведую чудесами, а не разведка. Вот он и завидует, смотрит так на тебя. Не обращай внимания.

— Постараюсь…

— А мне ничего такого не показалось… — пожала плечами Маша.

— Босс, Маша вообще странно себя ведёт. И мысли её… странные. Будто в облаках витает, — предупредила шёпотом Юля, на что я молча кивнул.

Как сели в машину, я сказал Юле просто ехать вперёд по дороге, а сам прикоснулся к шее Маши и отправил в неё порцию целебной энергии, видя необъяснимое меланхоличное поведение девушки. Та резко взбодрилась и засмеялась, будто бы я её щекочу. Температура её тела подскочила, и через пару секунд Маша вздрогнула и замолчала, а затем упала мне на грудь и тихонько заплакала.

— Что с ней?

— Какую-то психотропную дрянь подмешали… Поэтому она так безропотно согласилась на эту авантюру… — пояснил Юле, что именно произошло, и активировал на часах поиск шпионских устройств.

Само собой, они нашлись на теле Маши. Заколка, каблук, серёжки… Вот же разведка хренова. По морде бы этой заехать самодовольной… И я выбросил в окно все жучки.

— Прости… Прости, пожалуйста… Я не знаю, как это вышло… Извини. Дом сгорел… Я не справилась…

— Заканчивай. Я тебя ни в чём не виню. Это просто происки всяких жуликов. Сильных и властных. И ты стала их пешкой в этой игре. Так иногда бывает. Я и сам своего рода пешка, — попытался успокоить я всхлипывающую Машу.

— Но пешка непростая, да, босс? — усмехнулась Юля. — Что это за часики у вас такие?

— Подарок от одного хорошего и талантливого человека. Артефакт, которых единицы в нашем мире. И все разведчики мечтают о подобном. Лучше бы им не знать о таком…

— Поняла… — Юля остановилась и закрыла глаза, после чего Маша резко уснула. — Маше воспоминания подчистила. Ну и успокоила заодно. Пусть отдыхает. Сейчас ещё себе амнезию выборочную сделаю и сможем ехать дальше.

Юля посмотрела на меня в зеркало заднего вида, я ей кивнул, и через две минуты наши взгляды вновь пересеклись…

— Босс? Что случилось?

— Ничего важного. Ты хорошо постаралась. Едем дальше.

— Хорошо… А куда едем?

— Сперва в Кощеевку. А затем…

— Вендетта?

— Она самая. И пусть один засранец находится очень и очень далеко от нас, скрываясь на фронте, но этого нельзя сказать о мстительнице Грачевской, что была на приёме у князя…

— Как найдём её?

— Я найду, не переживай. Она никуда от меня не спрячется. И у неё заодно имена остальных получим.

— Нас ждёт долгая и кровавая ночь… А можно мне парочку не совсем разрешённых законами империи экспериментов провести?

— Можно. Твоё развитие — гарантия того, что ночи, подобные этой, больше никогда не наступят.

Болгария. Окрестности Софии.

В казарме офицеров ночную тишину прервал звонок телефона. Хоть он и стоял на беззвучном режиме, но столь редкое беззвучие могла нарушить даже слабенькая вибрация.

— Да? Алло? — прошептал старший сын главы рода Ирисовых.

— На улице, Даниил! — Швырнул в него чем-то офицер с соседней койки, явно имевший больше власти и влияния на войне.

— Извините… — прошептал, поднялся и босиком прошелестел мимо коек лысый маг, известный другим заговорщикам как [Отвалите я злой].

Даниилу Ирисову очень не нравились крик и паника матери, что позвонила в столь поздний час.

— Даниил, что ты натворил?! — шептала она, прячась от нагрянувших в их имение людей в серых костюмах и положивших лицом в пол всю охрану её мужа и прочих членов семьи.

— Что у вас происходит?

— КГМБ. Отца уже схватили. Предъявляют обвинение прямо сейчас. Говорят, что ты устроил теракт в столице…

Зубовный скрежет донёсся до матери мага — так сильно было отчаяние и разочарование Даниила. Взрыв, устроенный этим старым идиотом, привёл в его дом тех, кого он не желал видеть больше всего на свете. Значит, кто-то из заговорщиков не сумел сдержать язык за зубами.

— Вы тут ни при чём! Они не смогут ничего доказать! Спасибо, мама. Берегите себя. — Сбросил Даниил вызов и швырнул с размаху телефон в землю, но тот не долетел сантиметры, завис, резко остановившись.

Слегка светящийся телефон вдруг сам по себе поплыл в сторону и оказался в руках заместителя командира их отряда. Этот человек пугал своих бойцов даже больше, чем османов. О его жестокости слагали легенды, а его ненормальные магические способности и развитый телекинез были тем, что выделяло Панарина Антона Владимировича среди других магов, прибывших в Болгарию добровольно и сделавших его одним из лидеров наспех сформированной воинской части.