Когда они вернулись с ВДНХ, оба уставшие, но довольные, Сергей, не откладывая в долгий ящик, отправился к Тамаре Павловне.

Соседка была дома и, как всегда, хлопотала на кухне.

— Добрый вечер, Тамара Павловна.

— Заходи, Сережа. Садись за стол, вот-вот котлеты рыбные поспеют.

— Спасибо, мы с Катюшей уже поужинали. Только что с ВДНХ. Шашлыками объелись, как говорится, от пуза. И этой, как ее, шаурмой.

— Ну, раз есть не хочешь, чайку хоть попей.

— А вот от чая не откажусь, спасибо.

Она приготовила ему чай с земляничным вареньем.

— Сама делала, в магазине такое не купишь.

— Очень вкусно!

Он никак не мог найти удобный предлог, чтобы перейти к главной теме предстоящего разговора. Тамара Павловна сама пришла к нему на помощь.

— Как у тебя дела, Сережа? С тобой что-то происходит, а что именно — понять не могу. Беда какая стряслась?

Он посмотрел ее прямо в глаза.

— Стряслась, Тамара Павловна. И без вашей помощи мне не обойтись.

Всего рассказывать он ей, конечно же, не стал. Сообщил лишь, что совершенно случайно ему стали известны кое-какие факты о преступной деятельности одной крупной мафиозной группировки. Причем он был так неосторожен, что «засветил» себя, и теперь мафии известно, что у него, Сергея, есть на нее компромат. Какие-то люди постоянно следят за ним, угрожают, требуют молчать и не совать свой нос куда не следует. Давление постоянно усиливается. И теперь они угрожают уже не только ему, но и Катюше.

Тамара Павловна побледнела.

— Мерзавцы! Она же всего лишь ребенок!

— У них свои законы. Поэтому я и обращаюсь к вам за помощью, Тамара Павловна. Если вы не против, пускай Катюша поживет у вас, всего лишь недельку. А потом я отправлю ее к своему другу, на Урал.

— Конечно, Сережа, о чем речь! Катенька для меня все равно что родная дочь. Можешь не волноваться, я за ней присмотрю. — Она была преисполнена решимости и желанием вступить в борьбу с мафией прямо сейчас. — Житья нету от этих подонков!..

— Моя квартира наверняка находится под наблюдением, — продолжал Сергей, — так что Катюше там появляться нельзя. Ей вообще не следует покидать вашу квартиру, не говоря уж о том, чтобы показываться на улице. Она должна исчезнуть из их поля зрения.

— Я все понимаю, Сережа. Я только одного понять не могу: почему ты не заявишь в милицию?

— Бесполезно. Милиция у них на откупе. Может выйти только хуже.

— Что же ты намерен делать?

Действительно, что? Ведь, если на то пошло, он и сам этого не знает.

— Не знаю, — признался он. — Постараюсь разобраться с ними сам.

— Да что ты можешь в одиночку-то!

— Я не один. У меня есть хороший друг. Именно от него я и получил то письмо.

— Ну хорошо, вдвоем. А их сколько? Небось, целая армия!

Он невольно улыбнулся. Насчет армии это она хорошо подметила.

— Я понимаю, Тамара Павловна, что все это абсурдно. Однако другого пути я не вижу.

— Тоже мне, Рэмбо нашелся! — проворчала она, качая головой. — И я, старая женщина, даю согласие участвовать в этой авантюре! Бред какой-то!

— Тамара Павловна…

— Молчи. Раз сказала — помогу, значит — помогу… Ведь, небось, и палить друг в друга будете?

Он снова улыбнулся.

— Надеюсь, до этого дело не дойдет.

— Пистолет-то хоть у тебя есть?

Ну кто бы мог когда-нибудь подумать, что они с соседкой-пенсионеркой будут обсуждать планы борьбы с мафией! Да еще столь детально!

Он покачал головой.

— Нет у меня пистолета. Да он мне и не нужен. Против целой армии с пистолетом — это, согласитесь, несерьезно. Здесь мозги нужны, а не оружие.

— А они у тебя есть, мозги-то?

Сергей пожал плечами.

— Вот это-то я и пытаюсь сейчас понять.

Она тяжело вздохнула.

— Ну что ж с тобой поделаешь, Сережа. Раз ты уже все решил, мне остается только помочь. Мафии твоей я не боюсь, жизнь свою я уже прожила, а вот за Катеньку страшно. Да и за тебя, оболтуса, сердце болит. А тут еще ваша размолвка с Ларисой… Не складывается что-то у вас, Сережа.

— Сложится, Тамара Павловна, — сказал Сергей с неведомо откуда взявшейся уверенностью, — обязательно сложится. Дайте только срок.

— Поживем — увидим. И дай тебе Бог удачи, Сережа.

— Спасибо, Тамара Павловна.

На этой кульминационной ноте их разговор (вернее было бы сказать — заговор, заговор против «мафии») был закончен.

Когда на город уже спустились сумерки, раздался телефонный звонок. Звонили по его обычному, домашнему, телефону. Опять они ! — решил было он, но ошибся: это была Лариса. Она предлагала ему встретиться, завтра, в десять утра. Хотела с ним о чем-то поговорить.

— Где? — спросил он, отчего-то волнуясь.