— Я буду очень-очень стараться, — заверил он ее.

Тут в разговор вмешалась Тамара Павловна, у которой, к слову сказать, глаза тоже были на мокром месте:

— Не волнуйся, Катенька, я за твоим папой пригляжу.

— Обещаете, тетя Тамара?

— Обещаю, девочка.

— Ну тогда ладно, — сдалась, наконец, Катюша. — Давайте, что ли, собираться, а то поезд ждать не будет. А дядя Коля, он какой?

— Он тебе понравится, дочка. Вот увидишь, — сказал Сергей, осторожно снимая Катюшу с колен.

На сборы ушло около получаса.

Теперь оставалось сделать самое главное.

Сергей отвел Тамару Павловну в сторону и вполголоса сказал:

— Ее нужно нарядить под мальчика. Никто не должен знать, что она выходила из подъезда, понимаете? Иначе все наши труды напрасны.

Она внимательно посмотрела на него и кивнула.

— Понимаю. Я ее сейчас постригу.

— Как вы ей объясните эту метаморфозу?

— Не волнуйся, Сережа, я найду, что ей сказать. Это я беру на себя. И одежду ей подберу. У меня кое-что осталось от сына, когда он еще был таким же сорванцом, как и твоя Катенька. Берегу, сама не знаю зачем.

Сергей кивнул: никто не справится с этой задачей лучше чем женщина.

Тамара Павловна увела Катюшу в соседнюю комнату. А через полчаса они вновь предстали перед нетерпеливо ожидавшим их Сергеем.

— Да вы просто волшебница, Тамара Павловна! — невольно воскликнул он, глядя на совершенно незнакомого мальчишку, лукаво улыбавшемуся ему из-под козырька старенькой бейсболки.

— Ну как, папочка, я тебе в новом наряде? — спросил «мальчишка» и рассмеялся звонким Катюшиным смехом.

— Просто класс! — Сергей был в восторге от свершившейся метаморфозы.

Катюша снова убежала в соседнюю комнату, чтобы вдоволь повертеться перед зеркалом. Ей эта новая игра явно была по душе.

Сергей так никогда и не узнал, какие доводы привела «тетя Тамара», чтобы заставить его своенравную дочурку изменить свой облик. Уж наверняка доводы были весьма и весьма убедительными: Катюша с презрением относилась к своим сверстникам противоположного пола.

Он еще раз поблагодарил Тамару Павловну за мастерски проведенную «операцию по изменению пола».

— А теперь последние инструкции. Вот вам деньги, — он вынул из кармана заранее приготовленные пять стодолларовых купюр и протянул их Тамаре Павловне, — отдайте их проводнику того вагона, в котором поедет Катюша, и попросите его присмотреть за нею в дороге.

Тамара Павловна с трепетом взяла доллары; по всему ее виду нетрудно было понять, что такую огромную сумму она держит в руках впервые. Сергею вдруг стало стыдно: то, что делала для него сейчас эта пожилая женщина, стоило в десятки, сотни раз больше, чем эти жалкие пятьсот баксов — однако он до сих пор не дал ей ни копейки, прекрасно зная, что она все равно ничего не возьмет, да еще и обидится в придачу. Ну ничего, придет время, и он ее сполна отблагодарит. За все то добро, что она сделала, делает и еще наверняка сделает для него. Для него и Катюши.

— Второе, — продолжал он. — Как только посадите Катюшу в вагон и убедитесь, что поезд отошел, тут же отправьте телеграмму моему другу. Он ее встретит. Его адрес и текст телеграммы я вам сейчас напишу. В телеграмме укажете номер поезда, номер вагона, фамилию проводника — постарайтесь ее у него узнать, а также время прибытия поезда на место. Кстати, вы узнали, когда поезд прибывает в Огни?

— Во вторник, в 12.35 пополудни.

Сергей что-то прикинул в уме. Значит, поезд будет в пути около двух суток.

— Прекрасно. Сейчас я вам все напишу.

Он торопливо написал на тетрадном листке все, что считал нужным, и передал листок Тамаре Павловне.

— Не потеряйте, это очень важно. Вещи уже упаковали?

— Не беспокойся, Сережа, все необходимые вещи в чемодане.

Он решительно замотал головой.

— Нет, чемодан не годится — слишком бросается в глаза. Чемодан может привлечь их внимание и навести на подозрение, и тогда весь наш камуфляж с переодеванием пойдет прахом. Нужна какая-нибудь легкая сумка. Брать только самое необходимое.

— Хорошо, Сережа, я сейчас что-нибудь поищу.

За полтора часа до отхода поезда все приготовления были, наконец, закончены.

— Присядем на дорожку, — сказала Тамара Павловна. — А то дороги не будет.

Все трое были торжественно серьезны, и даже Катюша, наряженная мальчиком, была не по-детски деловита.

Сергей шумно выдохнул и резко поднялся.

— Ну, с Богом. Езжайте, Тамара Павловна, поезд ждать не будет.

Катюша хлопала своими большущими глазенками и не отрываясь смотрела на отца.