То, что он описывает, звучит как смесь культа и королевской власти.

— Почему он вообще должен выбрать это?

Гнев наполняет мой голос, а в голосе Ника слышится раздражение, когда он отвечает:

— Дело не только в крови и предательстве, Лайла. Это сила, авторитет и семья. Это экстраординарный способ жить, когда большинство людей избирают для себя самый примитивный образ жизни.

— Это также незаконно, — огрызаюсь я. — Неправильно!

— Кто это сказал?

— Правительство! Цивилизованные люди! Нельзя просто убивать людей и зарабатывать деньги на несчастьях.

— Правительства и цивилизованные люди убивают постоянно. Войны, покушения, камеры смертников. Они просто по-разному определяют убийство. Они оправдывают это тем, что это более приемлемо для общества.

— Они не набивают свои карманы за счет несчастий других людей. Оружие, наркотики и все остальное, что ты продаешь, убивает людей.

— Ты обвинишь бармена в том, что он обслуживает алкоголика?

— Я… это не одно и то же! — Я взволнована. Я не ожидала, что он бросит мне вызов. Каждый раз, когда мы обсуждали это, он извинялся за свой выбор, а не защищал его.

Ник наклоняет голову.

— Почему? Есть спрос, и я обеспечиваю предложение. Почему я должен отвечать за решения другими людьми?

— Твом решения затрагивают других людей. Невинных людей.

— Ты винишь свою маму? Или ее дилера?

Я замираю на минуту.

— Дело не в этом.

— Хорошо.

Его легкое согласие сводит с ума.

— Нет. Она была больна. Она была наркоманкой. Решения принимала не она, а болезнь.

— Хорошо, — повторяет он.

— Перестань быть любезным. Это раздражает.

— Ты предпочитаешь, чтобы я с тобой спорил?

— Я не знаю. — Я беру свое вино и осушаю бокал. — Я не знаю. — Мой голос слабый и неуверенный, повторяющий одни и те же слова.

Я встаю и делаю шаг вперед, слегка покачиваясь. Внезапно Ник оказывается рядом, тепло его тела поддерживает меня в вертикальном положении.

Вместо того, чтобы отодвинуться, я принимаю идиотское решение прижаться ближе. От него пахнет сосной и кожей. Рядом с ним я чувствую себя надежно и под защитой, что иронично, учитывая, чем он занимается. Я думала, что он такой, пока он не исчез. До того, как я увидела, как грозные мужчины боятся его.

Моя голова откидывается назад, чтобы я могла лучше рассмотреть лицо Ника. Его подбородок сбоку покрыт легким слоем щетины. Прежде чем я успеваю остановить свой мозг, я представляю, как она трется о внутреннюю сторону моих ног.

Я отбросила эту мысль так же быстро, как она появилась.

— И что же он ответил?

— Хмм? — На несколько секунд кажется, что моя близость влияет на Ника так же, как его близость влияет на меня.

— Лео, — уточняю я. — Что он ответил, когда ты признался?

— Он сказал, что не против, что я его отец.

Мои глаза снова фокусируются на выражении его лица.

— И это все?

— У него были еще вопросы о складе. Он хотел увидеть все оборудование. Посмотреть несколько спарингов. Понаблюдать за мной. — Ник улыбается.

— Ты дрался? — Я немного отстраняюсь, чтобы лучше рассмотреть его. Все кажется на своих местах.

Его ухмылка становится шире, когда он понимает, что я делаю.

— Роман не смог нанести ни одного удара.

— Высокомерие непривлекательно, — говорю я ему. Но это ложь. Оно очень, очень идет Нику. — Может быть, он был снисходителен к тебе.

Его ухмылка приобретает зловещий оттенок.

— Нет.

Это слово наполнено чем-то другим.

Впервые я вижу это. Я могу представить Ника Паханом, выкрикивающим приказы, которые немедленно выполняются. Это должно вызывать страх. Вместо этого я испытываю нечто, что больше похоже на очарование.

— Спокойной ночи, Лайла.

Не сказав больше ни слова, Ник поворачивается и уходит.

ГЛАВА 17

НИК

Алекс звонит, когда я заканчиваю встречу в «Лендинг». Это один из лучших клубов Москвы и один из многих бизнесов, которыми я владею в городе. Сергей, здешний менеджер, не вовлечен в уродливую сторону моей деятельности. Но он хорошо осведомлен о ней. Каждую нашу совместную встречу он проводит с таким видом, будто готов наложить в штаны. Другими словами, здоровые рабочие отношения. Я не волнуюсь, что он будет пренебрегать преимуществами или создаст другие проблемы. Он не глуп и компетентен.