Алекс сказал мне то же самое. Должно быть, я выгляжу так же плохо, как и чувствую.

— Спасибо, что присмотрела за ним прошлой ночью, — говорю я.

— Конечно. В любое время. Как только почувствуешь, что готова повторить вчерашний вечер.

Я улыбаюсь.

— Спасибо.

Джун и Эй Джей уходят. Лео возвращается в свою комнату, чтобы поиграть с игрушками и распаковать вещи с ночевки.

Я остаюсь на кухне одна.

ГЛАВА 4

ЛАЙЛА

Ещё одна бессонная ночь, еще один беспокойный сон. В понедельник утром я просыпаюсь от сильного стука дождя по окну. Я готовлю завтрак и упаковываю ланч, прежде чем разбудить Лео, затем переодеваюсь в свою униформу из слаксов и блейзера, пока он ест яичницу.

Я заставляю его закутаться в куртку, затем выталкиваю за дверь и запихиваю в лифт. Поездка до школы Лео обычно занимает около десяти минут. Сегодня пробок больше, и поездка растягивается до пятнадцати.

Я высаживаю его почти в восемь и уезжаю.

Обычно я направляюсь прямо в офис. Иногда я останавливаюсь выпить кофе. Сегодня я оказываюсь на парковке «Филадельфия Дженерал».

Внутри больницы я направляюсь прямо к посту медсестер.

— Я хочу увидеть доктора Иванова.

Медсестра смотрит на меня.

— У вас назначен прием?

— Нет.

— Какая-то чрезвычайная ситуация?

Я сглатываю.

— Нет.

— Тогда я ничем не могу вам помочь.

— Пожалуйста. — Я наклоняюсь вперед. — Он лечил меня вчера. Я просто зашла поблагодарить его.

Медсестра что-то напевает, набирая на клавиатуре.

— Да. Многие пациентки доктора Иванова обращаются за дополнительной помощью.

Я краснею.

— Все не так. Мы… старые друзья.

— Правда? — Она откидывается назад и поднимает на меня глаза. — Кто вы? Пациент или старый друг?

— И то, и другое, — настаиваю я. — Пожалуйста, просто сообщите ему, что я здесь. Если он не хочет со мной разговаривать, то может не приходить.

Медсестра вздыхает, но снимает трубку и набирает номер.

— Доктор Иванов? Да. Нет, у нас здесь полный штат сотрудников. — Она делает паузу. — Здесь женщина, настаивает на встрече с вами. — Наступает пауза, пока Алекс отвечает. Медсестра смотрит на меня. — Имя?

— Лайла Питерсон.

— Лайла Питерсон, — передает она. Выражение ее лица меняется с раздражённого на любопытное, пока она слушает, что говорит Алекс. — Хорошо. — Она вешает трубку. — Он сейчас спустится.

Судя по ее тону, для нее это такой же сюрприз, как и для меня. Большая часть меня ожидала, что он не захочет со мной общаться. Появиться в качестве пациента для лечения — это одно, но когда я пришла на его на работу из-за нашей давней связи — совсем другое. Он должен знать, что единственная причина, по которой я пришла сюда, — это ответы.

Ответы, которые я не могу найти, которые действительно хочу, но, похоже, не могу отказаться от возможности получить.

Я прочищаю горло, нервы поднимаются по моему пищеводу и наполняют его тревогой.

— Спасибо.

Медсестра кивает, все еще изучая меня, как головоломку.

Я поворачиваюсь и сажусь на один из жестких стульев. Мое колено подпрыгивает, когда я играю с выбившейся ниткой на подоле блузки. Каждый раз, когда я поднимаю глаза, медсестра наблюдает за мной. Я испытываю облегчение, когда звонит телефон, и она поворачивается, чтобы ответить.

Чем дольше я сижу, тем больше нервничаю. Это шутка. Дурацкое совпадение. Скорее всего, это тоже ошибка. Мое прошлое — не самое приятное воспоминание, чтобы возвращаться к нему.

Лео — это то, что приковывает меня к креслу. Бросить девушку — не отличительная черта хорошего парня. Я думала, Ник не такой. Я не думала, что он когда-нибудь сделает что-нибудь подобное.

Но он не знал о Лео. Я даже не подозревала, что беременна, когда он внезапно просто… исчез. Его не записали на занятия. Отключенный телефон. Пустая комната в общежитии. Алекс исчез так же внезапно и бесследно.

До сих пор.

Он появляется, и я моргаю, глядя на него. Увидеть кого-то, о ком я никогда не думала, что увижу снова, так же нереально, как и прошлой ночью. В отличие от пореза на моей ладони, рана, оставленная Ником, не свежая. Я думала, что она покрылась коркой и зажила. Но сейчас она пульсирует, как будто ждет, чтобы снова раскрыться от малейшей провокации.

Лицо Алекса ничего не передаёт, когда он приближается, руки засунуты в карманы его униформы, но его тон настойчив, когда он останавливается передо мной.

— Лайла? Все в порядке? Что-то случилось?

Я стою на дрожащих ногах, застигнутая врасплох его искренней, непосредственной заботой. Это больше, чем я ожидала бы от человека, которого недолго знала почти десять лет назад.

— Все в порядке, — заверяю я его. Но напряженность с его лица не исчезает. — Я просто хотела… поблагодарить тебя.