Когда она начала встречаться с моим братцем, Марк предупредил его, что лучше ее не обижать. И это не было пустой болтовней. Это было предупреждение. Я знал, что он не был в восторге от их отношений, хоть никогда Алисе этого не говорил, чтобы не расстраивать ее.

В тот день, когда они расстались, Марк залетел к нам в квартиру, сгорая от ярости. Вместо приветствия, он оттолкнул меня в сторону и направился прямиком в комнату Ивана. Я знал, каким вспыльчивым Светлый мог быть, если кто-то переходил его границы. Поэтому, выругавшись, пошел за ним, предчувствуя беду.

Я не думаю, что Марк разбирался во всей ситуации, произошедшей между его сестрой и Иваном. Но ему этого и не нужно было. Достаточно того, что мой братец умудрился разбить ее сердце и заставил лить по нему слезы. А Марк предупреждал, что случится, если это произойдет. Остальное было неважно. Светлый не стал бить его по лицу, но я точно видел пару ударов по ребрам и то, как Иван согнулся по полам, пытаясь вернуть себе дыхание. Марк схватил его за футболку двумя руками и поднял с компьютерного кресла. Он был чертовски зол, но не терял контроль. И это в нем меня восхищало: на льду или вне его, как бы эмоции не застилали его сознание, он всегда мог их обуздать.

– За что? – спросил отец, который вышел из своего кабинета, услышав шум.

– Он знает, - сказал Марк и, не говоря больше ни слова, направился к выходу. – Еще раз увижу тебя рядом с Алисой, пеняй на себя.

Я бы не удивился, если бы прямо сейчас он решил бы мне врезать. Несмотря на то, что мы лучшие друзья, прямо сейчас я был тем, кто целовал его сестру.

– Тебя это не касается, - произнесла Алиса за моей спиной.

– Черта с два, - Марк зашел в квартиру, закрывая за собой дверь. – Подвиньтесь.

Мы с Алисой синхронно сделали шаг назад, давая ему пространство, чтобы он мог избавиться от верхней одежды и обуви. Во всяком случае, мне еще не прилетело в табло, а это был хороший знак. Наверное. Я взглянул на Алису. Она выглядела смущенной и немного злой. Но такой чертовски красивой. Заметив, что я на нее смотрю, она вцепилась в края своей кофты и отвела взгляд.

– Я хочу знать, что между вами происходит, - раздевшись, Марк скрестил руки на груди и уставился на нас.

– Это не твое дело, - снова опередила меня с ответом Алиса. – Разве не ты говорил мне, что нам не обязательно знать друг о друге все?

– Это другое.

– Да что ты? То есть тебе позволено проявлять интерес к моей жизни, а мне – нет? – Алиса выпускала свои коготки. Черт и я это обожал. – Спроси у себя, не лицемерие ли это.

Между ними точно пробежала черная кошка. Я и раньше был свидетелем их перебранок, но они были скорее шуточными, безобидными. А эта вполне тянула на настоящую ссору.

– Ты явно двинулась, если считаешь, что это можно сравнивать. Он – мой друг лучший друг, - рявкнул Марк.

Я инстинктивно сделал полшага вперед, заслоняя Алису. Не знаю, что за хрень между ними происходила, но Марк не имел права повышать на нее голос.

– Что у вас произошло? – спросил я.

– Да ты издеваешься, - Марк шагнул ко мне. – Может, ты мне расскажешь, что произошло между вами?

– Ты не обязан ему ничего говорить. Это не его дело, - повторила Алиса.

Она была одновременно права и нет. Марк мой лучший друг и я дорожил этим. Я не обязан был ему объяснять, почему целовал его сестру, но я должен был рассказать об этом своему другу.

– Мы с тобой поговорим, - сказал я Марку. – Но, сначала мне нужно поговорить с Алисой.

Марк испепелял меня взглядом. Я мог только догадываться о том, что сейчас твориться в его голове. Но прежде, чем я поговорю с Марком, нам с Алисой нужно было разобраться в том, что между нами произошло.

– Поговорим в моей комнате, - сказала Алиса и, развернувшись, пошла в сторону своей спальни.

– Держите двери приоткрытыми, - предупредил Марк.

– Держи свои комментарии при себе, - огрызнулась его сестра и, схватив меня за руку, затащила в свою комнату.

– Я серьезно, Лисси, если вы не выйдете через 5 минут, я за себя не ручаюсь.

– О, не волнуйся, за 5 минут можно успеть много чего, - съязвила она. – Ты уж в этом должен разбираться.

Я улыбнулся. Как мне нравилось, когда Алиса не боялась быть собой и выпускала свои коготки. Она закрыла дверь и мы остались вдвоем в ее комнате. Я перевел взгляд на кровать, засланную белоснежным пледом, желая оказаться на ней вместе с плаксой. Обнимать ее так крепко, чтобы она растворилась во мне, а я в ней. Целовать и не думать о том, что это что-то неправильное.

Черт, да я никогда не буду так думать. Я никогда не мечтал о том, каким будет наше первый поцелуй. Запрещал себе даже это, ведь тогда у меня было бы больше соблазна узнать, как ее губы ощущаются на моих. Как ее хрупкие пальцы сжимали мое предплечье, словно были ей поддержкой. Какой идеальной она была в моих объятиях и с какой скоростью билось мое сердце, когда я ее касался.