— Знаю. — Старец в облике молодого прекрасн понимал женщину. Еще несколько секунд тишины. — И как он? — вернулась расслабленная атмосфера.

— Хе! — чуть окрасились ее щеки румянцем. — Вначале… — Асити чуть поморщилась. — А теперь дьявольски хорош.

— Мое уважение, — приподнял Авики бокал. — Хм, мальчишка Перу явно хочет тесного общения.

— Будто мне не плевать, — пожала Асити плечами.

— Нет-нет, дорогуша, — блеснули золотые зубы. — Это хорошая тренировка для Косты. Не мне тебя учить.

— Посмотрим.

Раньше Асити нашла бы это забавным. Но теперь… Она сама себе не могла признаться, что чужие ухаживания стали раздражать ее сильнее обычного.

— Виви… Кхм, — лишь смог сказать я, услышав монотонный монолог о плохой актерской игре.

— Учитель Авики, скорее всего, сказал то же самое мисс Асити, — сцепила девушка руки в замок. — Мы хотим помочь, Коста. Я не знаю ничего о политике кланов. Мне не интересно, но я поняла, что о вашей связи лучше никому не знать?

— Если кратко, то да, — сдался я.

Девушка приложила палец к моему лбу, провела до сердца.

— Чувства легко спрятать, — кивнула она.

— Хе, легко сказать, — упала прядь на мое лицо.

— Легко сделать.

Не смог удержаться.

— Сколько раз мы повторим слово «легко», чтобы стало легче? — выдавил я смешок.

— У-у-у, а это смешно. — Ну хотя бы намек на улыбку, Виви… Прошу. — Слушай учителя Авики, он научит.

— Понял. — Я посмотрел на девушку с благодарностью, и как-то слишком долго она задержала взгляд.

Осознала, что все еще держит палец у моей груди. Убрала.

— Парсия не ошибся, — вышла альбиноска из кухни. — С вами будет весело. — Она остановилась. — Мне даже захотелось написать картину, — кивнула сама себе девушка.

Хм. А мне почему-то захотелось немедля возобновить тренировки Амроди.

Стать… сильнее. Во всех смыслах.

Прошло несколько дней. Несмотря на чуждую обстановку, к хорошему привыкаешь быстро.

Горничные исполняли любой каприз, порой даже на опережение. Еда, вода, одежда. И все равно… Да, мне не нравилась роль господина. Это не мое, бедные слуги постоянно терялись от, казалось бы, простой доброты. Простого спасибо.

А Долтон продолжал оказывать знаки внимания Королеве Легиона. Языкастая змея умела говорить! Его манеры, воспитание, благородная… хм… аура.

Одного урока с Бэртой было явно маловато, чтобы достичь такого уровня. Я… Я снова выглядел, как дворняга с улицы. Эх!

— Как же хочется самому поухаживать за Асити, — озвучил не я, но Авики, идущий рядом.

— Господин? — моргнул я.

— Да у тебя все на лице написано! Ха! — шагали мы по улице.

— Кхпм.

Он потыкал пальцем мне в щеку.

— Первое правило хорошего актера: уметь видеть себя со стороны, — кивнул он сам себе.

— Я думал… — убрал я его палец. За это время мы чуть сблизились. И Парсия Торн Авики был довольно просто в общении. Перед ним можно было не церемониться. — Первое правило — это выучить текст.

— Терпеть не могу умных собеседников, — пробубнил он. — Ладно! Второе правило.

— Понял-понял, — огляделся я по сторонам, все еще не зная, почему сегодня мы в вдвоем вышли в город.

Приготовления к Эшафоту набирали обороты. Старт был дан, когда Парсия прибыл в Погорелый. Город кипел, жители из соседних деревень и поселков стекались к сердцу будущего празднования. Со стороны открытого театра до нас доносился стук молотков и иные звуки стройки. И музыка. Музыки стало в разы больше.

Первая остановка.

«Фальшивая улыбка», — гласила вывеска. Магазин одежды?

— Костюмы! Маски! Все для будущего представления! — зазывала прохожих внутрь девчушка с яркими губами и рисунком на лице. Кричала на полную, ведь рядом играл скрипач. — Да ты достал!

— Ха-ха-ха! — заиграл тот громче.

Авики, посмеявшись в унисон, открыл передо мной дверь. Я зашел и сразу застыл. За прилавком стоял дух: шестирукий гуманоид, облаченный в рясу, похожий на посланника костлявой. Жуткое существо, лица не видно: оно скрыто в тени капюшона. Эм… Портной-жнец ловко работал всеми конечностями. Шил, отстригал, продевал нитку в иголку, складывал.