Парсия отдернул рукав, проверяя время… Часов на руке не было…

— Кхм, — злился священник. — Ч-что вы т-тут д-делаете? — карие глаза чуть не прожигали в Шуте дыру.

— Ох, мой друг! — пожал тот плечами. — Разве мне нужна причина посетить один из городов моего клана? — Теперь я видел различие в мимике «короля». Когда он был искренне добр, его улыбочка выглядела обворожительной. А когда раздражен, это походило на улыбку змеи.

— Хм, — зацепился взгляд Ктофа за мою персону. — Алый Принц.

Надо же, произнес без запинки.

— Доброе, господин служитель, — кивнул я.

— Слава… н-начинает оп-пережать. — Он нахмурился. — З-значит, и она, — посмотрел Ктоф в сторону.

В отличие от Асити, Авики чрезмерно спокойно слушал небольшую проповедь марииста. О диких нравах, о чрезмерном засилье Серых игроков. О том, что надо приводить улицы в порядок, а не разжигать новые дуэли. Как можно понять, заикание лишь растягивало это. Но, когда старший священник позволил себе сказать…

— Ложная б-богиня, п-пособник…

— Ложная? — улыбнулся во весь рот Парсия. — Я уважаю Марию, Ктоф, будь так любезен! — Шаг вперед. — Если и говорить о Бранне, то только пошлости и шутки. Остальное… — сверкнул глаз, — может меня обидеть.

Точно. Две веры. Два божества. Виви объясняла, что Шуты превозносят свою Примадонну. Да, у неё нет церквей или культов. Бранна благосклонна только к Зеленому цвету. Но порой в городах можно встретить вражду между разных верований.

Сам священник ответил уже сотню раз сказанной фразой, только наоборот.

— Мария не враг Б-бранне.

— Пускай так и остается, — положил Авики руку на плечо священника. — Мы закончили? — потеребил он ткань на нем.

— Хм, — сбросил его руку Ктоф. — Меньше… беспорядка, к-король. — Помогая посохом, служитель собрал своих людей, и отряд ушел дальше по аллее.

— Па… Я думал, он не з-з-закончит никогда! — засмеялся Авики.

— Плохо смеяться над этим, Торн, — размял я шею. — Но да, мое второе знакомство со священниками Марии — и второе разочарование.

— Скажи! — Мы пошли в противоположную сторону. — Скучные, брюзгливые и вечно недовольные увальни. — Авики подул на свою прядь.

Я полуобернулся. Ого! На долю секунды поймал взгляд Ктофа… Священник тоже обернулся. О-о-очень недобрый взгляд… Ктоф тут же ускорил шаг.

— А почему ты назвал его шуткой? — свернули мы на небольшую площадь.

— Оно понятно, — изобразил Парсия подергивания головы. — Перу показалось забавным, что из всех в её город отправили открыть церковь именно его. Заика-оратор! Ха! Что это, если не шутка? — Он тяжело выдохнул. — Да только у него действительно получилось собрать себе паству, вплоть до того, что бедной Перу порой приходится считаться с его мнением. — Шут вскинул руки. — Па! Скучный говнюк. «Бордель с арлекинами надо закрыть!» Эх, веселое было место… Девочки тебе фокусы показывали, а потом…

— Понял, — улыбнулся я.

В поместье мы вернулись к вечеру. Стоило нам войти в главный зал, как нас тут же встретили горничные, Парсия хотел видеть Виви, а сейчас та была в его комнате. Я же хотел рассказать Асити о достигнутом, но услышал от служанки, что сейчас она с… С Долтоном в гостиной.

У самой двери сбавляю шаг.

Чуть наклонился.

— Ха-ха-ха! — звучно смеялась госпожа. — Ты и вправду сделал это?

— А что удивительного? — Судя по голосу, они сидели напротив друг друга. — Тот игрок сам напросился. Умение унизить врага в нашей семье — особое искусство. — Очевидно, он пожирал её взглядом. — Мисс Асити?

— Слушаю.

— Вы подумали о моем предложении?

Что?

— Чрезмерная смелость, мистер Долтон. — Я почувствовал улыбку. Ли Вердо играла. Кван, всё это лишь игра.

— Всего одна прогулка, госпожа Вердо, поверьте, вы не будете разочарованы. — Он встал. — Затем лучший ужин, лучшее вино. Я найму особенного повара, слуги исполнят любой каприз.

— Ты… — прицокнула она языком, — считаешь, что наследницу Лисиц можно удивить роскошью? Всё это я вкушала — и не раз.

— Но у вас не было такой… компании. — Услышал, как Долтон сделал шаг ближе. — Прошу.

Вдох, выдох. Чувства вспыхнули ядреной смесью ревности и ярости.

Но я нашел в себе силы.

Легкий стук.

— Госпожа? — вошел в комнату. Изобразил удивление на лице. — Господин Долтон. — И кивнул.

Сын Ватзбери, который почти навис над любимой, моментально отошел и еле слышно прицокнул языком. А Асити… Она улыбнулась так ярко, будто до этого безжизненные глаза, наполнились светом радости.

— Кван! — тоже поднялась женщина. Сегодня мы виделись впервые.

— Я… вернулся. — Еще разок кивнул.