— Жесть, конечно, — посетовала Таня, — я всё понимаю… но чтобы так? О чём он думал вообще?

— Не уверена, что он в этот момент о чём-то думал, — Кристина нервно провела пальцами по волосам. Посмотрела на уходящий с остановки автобус и тяжело вздохнула. Оттягивала время. Думала, что это поможет ей как-то. Надеялась, что визит в больницу пройдёт без потерь…

В ушах всё ещё звучали слова Артёма. Слова, которые не укладывались в голове. Она, если честно, дар речи потеряла, услышав это! Не ожидала.

Давая показания, она несколько раз ловила себя на мысли, что её вины здесь нет. А потом снова возвращалась к самокопанию. Ела себя изнутри, приходя к выводу, что её молчание всё только усугубило.

А сейчас? Что сейчас?

Поздно.

— Скажите, где я могу написать заявление? — Поинтересовалась у дежурного в отделении. Неловко пряча глаза и дыша через раз.

— М? — достаточно молодой парень в форме уставился на неё равнодушно. — Что там у вас?

Уже тогда можно было догадаться, что всем плевать.

— Изнасилование, — тихо пролепетала после затянувшейся паузы. — И, может, преследование. Шантаж?

— Изнасилование? — хмыкнул дежурный и, взяв у себя со стола лист бумаги передал ей его через арочное отверстие в стекле, — пиши.

— Спасибо, — Кристина подвинула к себе лист и взяла протянутую ей ручку.

Её рука застыла над бумагой. Зависла в воздухе, так и не начав писать. Чувство стыда заставляло сердце биться о рёбра с сумасшедшей скоростью и силой.

— А… как? Не подскажите? Или, может, есть какой-то пример?

Парень тяжело вздохнул. Скепсис на его лице говорил сам за себя.

— Девушка, — обратился к ней, — вы у врача были? Когда это случилось? Просто по вам так и не скажешь, что вы жертва изнасилования… — и произнёс это так громко, что Кристина едва не провалилась под землю. Поджав плечи, обернулась, чтобы понять, как много людей слышали это. Но, кажется, всем было плевать.

— Давно… — несмело прошептала. — Я не подумала. Но…

— Ну и что вы от меня теперь хотите? Чтобы мы на основе ваших беспочвенных обвинений дело завели? Доказательства? Есть?

— Нет, — жалобно. Сдерживая подступившие слёзы. — Нет… но он теперь меня шантажирует. Фотографиями…

— Послушайте, девушка, — эти вздохи… возможно, они прорабатывают годами. Чтобы дать людям понять, какие они букашки, — не морочьте мне голову. И не тратьте время, — он поднялся со стула и, протянув руку, забрал из Кристининых пальцев лист бумаги и ручку, — ну, вы же не маленькая. Сами всё понимаете. Не будет никто шить дело без доказательств. Это делается по горячим следам. Случилось? Сразу надо приходить. И к врачу на снятие улик. Биоматериала… понимаете? А теперь что? Фото? Ну куда мы эти фото пришьём?

Губы задрожали. Кристина, цепляясь влажными пальцами за стойку, почувствовала такую беспомощность, о которой даже не подозревала.

Вот так.

Вот теперь сама виновата. Потому что не обратилась за помощью сразу. Потому что молчала и глотала всё, что Холодный преподносил.

А сейчас… пожинает плоды своей трусости.

— Слушай, это правда? — Таня вытянула Кристину из водоворота мыслей. Ещё чуть-чуть, и они её потопят. — То, что Артём говорит?

А что, собственно говорит Артём? Его догадки так и останутся догадками…

— Ты о чём? — Кристина оторвала взгляд от птичьих следов, оставленных на снегу.

— Ну, то, что Холодный якобы тебе проходу не даёт. — Телефон в Таниной руке зазвучал звонкой и весёлой мелодией, но девушка сбросила вызов. — То, что он тебя доводит?

Кристина равнодушно пожала плечами. Её взгляд сконцентрировался на светлых глазах подруги. Та недоверчиво смотрела в ответ.

— Артём раздул из мухи слона, — наконец, ответила. — Всё не так ужасно на самом деле…

— И всё же? Все эти выводы не беспочвенны?

Как же хотелось всё рассказать! Вот прям сейчас. На одном дыхании. Всё! Одним словом. И не слышать встречных вопросов, советов или возмущённых комментариев. Хотелось просто рассказать. И забыть.

Но это было чем-то, из ряда фантастики. Поэтому, покачав головой, Кристина отвернулась. Посмотрела на то, как от остановки отъезжает очередной автобус, и произнесла:

— Просто… всё это не просто, Тань. Мы с Холодным и правда не всегда ладим. Но Артём… ему не нужно было в это лезть.

Таня молча кивнула. Задумчиво рассматривала профиль подруги, замечая как та нервно кромсает зубами нижнюю губу. И чувствовала: есть то, чем она не хочет делиться.