Косяк секретарши и охраны. Если у первой рабочее время вышло, то ко вторым будут вопросы.

Юра посмотрел на Лизу поверх очков для работы на компьютере. Крайне загруженный день давал о себе знать, она выбрала не тот момент, чтобы появиться с претензиями.

– Поменял, – холодно ответил он, невольно фиксируя ее наряд и общий вид.

Ботфорты выше колен, узкое микроскопическое черное платье. Поверх серое пальто. В целом красиво, сексуально, вызывающе.

И отчего-то отталкивающе.

У него резко изменились вкусы?

Виляя бедрами, Лиза прошла к столу и уперлась ладонями в край.

– Ты больше не хочешь, чтобы я жила с тобой, малыш?

Обращение тоже царапнуло...

Какой он, нахрен, ей малыш...

– Ты все правильно поняла.

У него был вариант позвонить и попросить вернуть ключи, но он решил, что заменить замки будет проще. В следующий раз верхней, а не нижней башкой несколько раз подумает, прежде чем отдавать комплект.

– Юра, мне кажется, ты погорячился.

Он снова оглядел ее.

Красивая... Той лощеной глянцевой красотой, к которой стремится большинство женщин. Выйди в ресторан, спустись в бизнес-зал и встретишь аналогичных девушек с десятка два. Все на одно лицо.

– Ты пришла поговорить. – Он не спрашивал. Указав на кресло, продолжил: – Присаживайся давай.

Лиза, кривя губы в ухмылке сексуальной кошечки, откинула подол пальто и уселась прямо на стол.

– Ну-у-у давай поговорим, Юр.

– Присаживайся в кресло, а не на стол.

– Здесь интереснее.

– Как скажешь.

Юрий давно привык, что женщины используют свою красоту как оружие. Он крутился в таких кругах, где все методы были хороши.

Лиза защищала свое. Так она думала. Доказывать обратное он не планировал.

Он погорячился, когда впустил ее в свою квартиру.

Она думает, что погорячилась, когда уехала к маме.

Такое бывает... Когда люди принимают неверные решения. Он готов понести за свое ответственность.

– Итак, на чем мы остановились, Хованский? Ах да, на том, что ты сменил замки. Потерял свои ключи?

– Не строй из себя дуру, Лиз. Ты такой не являешься. Тебе не идет.

– А ты не будь равнодушным ублюдком. Я готова признать, ты меня переиграл. – Для большей убедительности она подняла кверху обе руки. – Я хочу к тебе вернуться, Юр. Обещаю быть лапочкой и выполнять любые твои желания.

Юрий снял очки и надавил на глаза. Устал, есть такое дело.

Сейчас бы сесть в тачку и направиться туда, где тепло и уютно. Где ждут. А лучше домой, к себе... И чтобы именно там ждали и встречали.

– Давай так, Лиз. – Он взял телефон. – Ты говорила, что хочешь шубу определенного бренда. Ок. Это мой прощальный подарок.

Он перевел сумму на ее карту. Сразу раздалось характерное пиликанье.

Лицо Лизы приобрело хищный оскал, подбородок заострился, в глазах появился неприятный блеск.

– Решил откупиться?

Она, не сводя с него взгляда, достала телефон. А как же, интересно проверить, насколько он щедр.

Он был щедр.

– Ого…

– Претензии еще ко мне есть? Твои вещи собраны.

– Ты охреневший…

– Тормози, Лиз.

Он поставил локти на стол, соединил пальцы.

Лиза задышала чаще. Юрий едва ли не слышал, как в ее голове одна мысль борется с другой. Он ее понимал. Прекрасно. Несколько лет назад она была моложе, он беднее. Ну не совсем, чтобы уж конкретно бедный, но явно она рассчитывала получить больше.

Поэтому выбрала того, кто уже обладал энным депозитом и мог ее «красиво катать».

Но, как известно, молодость – та еще дамочка. Ревнивая, переменчивая сучка. Уходит от одной к следующей. И так бесконечно, по кругу.

Лиза не молодела, на пятки наступали более юные девы. Что-то пошло у нее не так, и она пробила Юрия Хованского. Да-а, он знал, что она наводила о нем справки. Конечно, как могла и умела. В инете мониторила, у знакомых как бы между делом интересовалась. В кадастровой тоже спрашивала, у нее там сестра работала. Про его недвижимость в курс вошла.

И позвонила ему.

Он же повелся.

Все заслуженно в этой логической цепочке.

Теперь Лиза прикидывала, стоит ли бороться за него. Расстановка сил резко поменялась за считаные недели. Она больше не доминировала. И тоже это понимала.