«Чай… Чай… Знала бы я еще, где этот чай, блин». — Эмили поймала себя на мысли, что вообще не помнит, когда последний раз его и пила, но точно знает, что он есть.

— А! Вот! — обрадовалась она и, подставив стул, полезла на самую верхнюю полку кухонного гарнитура.

— Может, я достану? — привстал Эрик.

— Я спр-р-р… — Эмили выхватила коробку с чаем и, зацепив бутылку с сиропом, пролила его на рукав пижамы. — …авилась, — с досадой посмотрела она на пахнущее вишней пятно.

— Эми, ну я бы достал! Тебе вообще нельзя сейчас напрягаться, — расстроился Эрик и подал ей руку, чтобы помочь спуститься.

— Ерунда. — Эмили потыкала пальцем в липкую ткань. — Сейчас быстро переоденусь только.

Эмили побежала в ванную.

— Подождешь же? — обернулась она.

— Беги давай. Я сам налью.

— Сахар у кофемашины, — прокричала Эмили, заходя в ванную комнату.

«Пакетики? Надо купить ей нормального… Как вообще можно пить эту отраву?» — недоумевал Эрик и, поплескав в кружке то, что Эмили называла чаем, начал искать мусорное ведро. Методом проб и ошибок он все же его нашел и перед тем, как выбросить заваренный пакетик, обомлел. Среди оберток от бургеров и коробок с китайским воком ярко выделялась смятая бумага с отчетливой надписью «Грезы Афродиты».

Взгляд Эрика застыл, а сердце… сердце просто кануло в пропасть. Внизу живота волновалась тяжесть, а ноги будто отказали. Дрожащей рукой он отставил кружку, достал смартфон и, убедившись, что Эмили в ванной, осторожно развернул голубую бумагу. «Двадцатое октября, десять часов вечера, — въелось, как паразит, в снимок на экране. — Эми… Пожалуйста, только не это… Эми», — как мантру, повторял его внутренний голос, и, снова скомкав листок, Эрик вернул его на место. Плохо сдерживая мандраж, он вернулся за стол и поставил на него ходившую в руках ходуном кружку чая. Мир вокруг угасал.

Стрелки часов уже перескочили вечернюю семерку, а Эрик так и сидел, уставившись в одну точку. Внутри царил мрачный смерч. Он неистово кружил отлетающие от сердца осколки любви и разрывал ими сжавшуюся в беззащитный комок душу.

«Она бы не стала… осквернять свое тело, не стала бы…» — пытался успокоить себя Эрик, но не мог. Одно лишь подозрение, что Эмили была там… с кем-то другим, утягивала его в пропасть. Руки его немели и становились ватными. «Надо успокоиться, не нагнетать. Вот логично если? Приглашение в мусорке. Оно смято. Она его не хранит. Она не собирается туда идти. Может… после моих слов о Джоанне она передумала? Может, его кто-то дал ей и когда она узнала, то… Да! Да! Так и было. А я сразу накрутил. Нет, Эми не пошла бы на такое. Как я вообще мог такое подумать? — пытался здраво рассуждать Эрик. — А если… если я ошибаюсь? Не-е-ет. Хватит! Сегодня последний шанс все по своим местам расставить. Защитить. Я приглашу ее на свидание. Да! В этот день и в это время! Сейчас все станет ясно», — твердо решил он и, услышав, как Эмили выходит из ванной, вцепился в кружку руками.

— Как чай? — Эмили в кофте Жюстин прошла мимо и, склонившись к медведю, что лежал на полу, игриво потеребила его за лапы.

— Вкусно очень… — Эрик, мысленно плюясь от чая, устремил свой взгляд на приоткрытые рельефные бедра Эмили.

«Эми…» — ерзая от тут же вставшего члена, возбужденно подумал он.

— А я его не особо… — Эмили поволокла медведя к кровати. — Тут будет жить. Охранять, — встав на цыпочки, она погладила игрушку по голове.

— Эми?

— А? — обернулась она.

— Я не знаю, как сказать…

— Что?

— Можешь присесть рядом?

— Что-то случилось? Меня уволили? Тебя прислали сказать, да? — взволновано села рядом Эмили. — Эрик?!

— Да Боже упаси, Эми, нет конечно, — резко махнул рукой тот. — Дело в другом…

— В чем? — сгорала от нетерпения Эмили. — Ну, ты снова томи-и-ишь.

— Мы с тобой люди, так ведь? — Эрик старался выглядеть как можно серьезнее.

— И? — удивилась Эмили.

— Мы, как и все, едим пищу, но иногда… Понимаешь? Не знаю, как это сказать…

— С тобой все хорошо? — искренне озадачилась Эмили.

— Да. Я в порядке. Просто хотел сказать, что люди иногда, особенно когда им с кем-то приятно находиться… они едят вместе, так ведь?

— Наверно. — Эмили как-то странно посмотрела на Эрика.

— В субботу вечером… — Тот нервно крутил указательный палец. — Давай в десять поедим вместе?

— Подожди… — Эмили вопросительно нахмурилась. — Ты имеешь в виду свидание?

В этот момент она посмотрела на Эрика по-новому. На его расстегнутую рубашку и мускулистую грудь с густой растительностью. В его голубые глаза, полные искренности и настоящей заботы. На идеально выбритые подбородок и щеки. «Странно, что я раньше не замечала его красоты… Он бы точно ушел», — вновь повторила Эмили зацикленную сегодня фразу.

Она четко ощущала: сейчас рядом с ним вся боль, вся жгучая ненависть к Биллу плавно размывалась, уступая место приятному теплу. Оно словно оседало на перетянутых струнах ее души, вызывало чувство защищенности и поддержки. Поддержки, которой ей сейчас так не хватало.

«К черту весь этот клуб! И тебя вместе с улиткой туда же! Все! Хватит этих бесполезных пыток, унижений и опасностей! Я так с ума сойду… Да уже схожу. Надо смириться. Не помогу я им. Ничем не помогу. Мне бы… мне бы кто помог? Все. Отныне буду проводить свободное время только с теми… с тем, кто помогает и от чистого сердца всегда заботится», — решительно подумала Эмили и пересела ближе к Эрику.