Она ни за что не призналась бы в этом, но она рассчитывает, что я буду твердыней под ее сапогами, силой, когда все остальное терпит неудачу. Если я развалюсь на части, она вскоре последует за мной.

— У меня просто была долгая ночь. Обещаю, со мной все в порядке, — говорю я ей.

Ее обеспокоенный взгляд не исчезает. На самом деле, становится еще хуже.

— Я тебе не верю.

— Не моя проблема.

Я протискиваюсь мимо нее плечом и иду в потоке людей в направлении своей квартиры.

— Это из-за того парня, не так ли?

Я застываю на месте. Мышцы моей спины сжимаются. Я медленно поворачиваюсь к ней.

— А что, если это так?

Выражение ее лица становится свирепым.

— Где он? Я поговорю с ним.

Я фыркаю, когда этот абсурдный образ оживает в моем сознании.

— Нет.

Гретта подходит ко мне и уводит в сторону от толпы. Она серьезно смотрит на меня, и это застает меня врасплох. Гретту вряд ли можно назвать серьезной. Никогда.

— Зора, когда ты в последний раз позволяла кому-то защищать тебя?

— Я буду защищать себя сама.

— Это не нормально. Тебе нужны люди на твоей стороне, — она прикусывает губу, затем слегка касается моей руки. — Я хочу быть одной из таких людей. Ты была добра ко мне, заботилась обо мне, потакала моим прихотям. Ты была настоящим другом, сестрой, и я хочу отплатить тебе тем же.

— Я делала это не для того, чтобы за это расплачиваться, — жалуюсь я и знаю, что веду себя по-свински, но я просто хочу, чтобы это взаимодействие закончилось.

Гретта убирает свою руку с моей.

— Ко мне ближе. Ты можешь переодеться там, а потом мы пойдем искать его.

Я опускаю взгляд на свои ботинки.

— Мне не нужна твоя жалость.

— Зора Вайнер, не заставляй меня тебя бить. Я в шоке вскидываю голову.

— Что на тебя нашло?

Щеки Гретты пылают от гнева.

— Фарра бросила меня. Так что, может быть, у меня есть немного гнева, от которого я хотела бы избавиться.

— Это ее потеря, — честно говорю я. — Ты потрясающая. Гретта вздыхает.

— Я знаю. В этом нет смысла.

Я улыбаюсь, чувствуя, что разбитые части меня успокаиваются.

— Я оставила свою одежду и сумку в переулке.

— Забудь о них. У меня есть все, что тебе нужно.

Мы тихо идем рядом, ее пальцы время от времени задевают мои. Я ценю это. Все годы, проведенные в одиночестве, присутствие Гретты каким-то образом заставляет это казаться стоящим. Как будто Судьба даровала мне друга за все мои невзгоды.

Мы поднимаемся по лестнице в ее комнату и оба надеваем кожаную и легкую одежду. Кожаные корсеты для защиты. Легкие блузки и брюки для быстрого бегства. Я оставляю кобуру при себе, в то время как Гретта красит губы красной помадой.

— Сегодня я отвлекаю внимание, — просто говорит она, взбивая волосы перед зеркалом.

Я набрасываю плащ на шею и с улыбкой поднимаю капюшон.

— Конечно.

Когда мы выходим на улицу, солнце уже на два часа перевалило за свой пик. Мы останавливаемся у цветочной тележки Гретты, и она насыпает свой волшебный порошок в маленький мешочек из потайного лючка тележки.

Я поднимаю бровь при виде маленьких пакетиков с белым порошком.

— Это много.

Она пожимает плечами.

— Дела идут медленно, но я думаю, что с таким же успехом могу убить двух зайцев одним выстрелом. Наверняка в Подполье полно покупателей.

Я киваю и оглядываю толпу. Куда бы я ни посмотрела, я ожидаю увидеть притаившегося Принца. Я хмурюсь, когда его нигде нет.

Куда они исчезли?

— Есть идеи, с чего нам начать? — спрашивает Гретта.

— Я обычно нахожу его, когда на самом деле не ищу, — бормочу я и чешу затылок. — У меня есть время до полуночи, чтобы завершить свою задачу.

Пока мы переодевались, я посвятила Гретту в свое задание от Чудовища. Я рассказала ей самый минимум. У меня есть работа. Я была готова принять на себя последствия того, что не завершила ее, но Принц облажался. Теперь у меня есть достаточно желания увидеть, как он молит о прощении.

— Прошлой ночью он водил меня в одно место. У него и его сестры есть своя палатка, и, похоже, именно там они ведут большую часть своих дел, — объясняю я.

Гретта следует за мной в кафе «Зеркало».

— Так мы возвращаемся туда?