Шрифт:
Улыбнулась:
– Ваша дочь жива. Всё хорошо... Хотите взглянуть на внука?
Она не планировала. Само вырвалось. Высокородный потемнел:
– Зачем мне сдался бастард какого-то выскочки?
Роза подошла ближе. Отбросила с головы ребёнка пелёнку. Шепнула:
– Потому, что он ваш внук. И он прекрасен. Смотрите!
Он действительно смотрел . Кажется они оба смотрели друг на друга. Дед и внук. А потом маг прикрыл лицо малыша сам. Резко, гибко встал с кресла, оказавшись с Розой лицом к лицу, и едва слышно прошипел:
– Вы опасно играете, Роза! Я могу убить его прямо сейчас! Даже закон мне не указ! Поверят мне. Не вам! Я смогу сказать, что это ваша вина и останусь правым!
Роза медленно кивнула:
– Не сомневаюсь. Но уверена, что вы не сделаете такого.
– С чего бы?- фыркнул маг.
Роза прямо глянула ему в глаза:
– Вы любите дочь. И не посмеете убить её ребёнка.
Она довела лорда Ордона... Он прихватил её. Прижал к себе. Аккуратно. Но вырываться она не могла из-за того, что малыш на руках. Злобно прошипел:
– Вы, в принципе, способны держать язык за зубами и делать то, что вам велят?
– Нет,- честно ответила Роза.
– Вас нужно перевоспитывать! Я, наверное, займусь этим...
Рука лорда поползла по спине Розы вниз. Она неуступчиво пробормотала:
– Не займётесь! Не надейтесь!
– С чего бы мне отступать?
– А вдруг у меня найдутся заступники?
Высокородный рассмеялся и интимно прошептал:
– Сомневаюсь!.. Идите. Унесите ребёнка и возвращайтесь...
– Нет!
– Да!
Именно этот момент выбрал мэтр Пертин, чтобы выйти из комнаты родильницы...
Глава 30.
Ну, а дальше было весело. Во всех смыслах. Следующих три дня, пока Века Ордон не восстановилась достаточно, чтобы уехать, превратились для обитателей дома Розы в перманентный кошмар.
Мэтр Пертин оказался храбрым малым. На свой лад. Он торчал в приюте каждый день с утра до вечера. И предлог у него был железный: здоровье молодой высокородной леди. Никто не посмел бы выставить его вон, ведь играть здоровьем Веки не стали бы ни её отец, ни Роза.
Проверить, так ли необходимо постоянное присутствие лекаря, не мог никто. Кроме Шада и Шебы. Дети-целители посмеивались. Маленькая Шеба подмигивала Розе:
– Этот дядька обхаживает тебя, мама, как голубь голубицу. Потому и торчит у нас.
Мальчики мрачнели. Они знали, кто обхаживает Розу по-настоящему. Тот придурок даже на чердак по ночам пытался прорваться. Туда, где была комната хозяйки приюта.
Парни хитро улыбались... Они, может, и "мерзкая отрыжка высоких родов", как называл их высокий лорд. Может, они не владеют магией так, как могли бы, если бы их учили как нужно и вовремя. Конечно, они не знали и малой части заклинаний. И не владели своими силами, как должно.
Но... Одного у них было не отнять... Они умели бороться за своё. А ещё ставить цели и достигать их, не глядя на издержки и препятствия. Это вынужден был признать даже высокородный "гость"... Он просто не мог выйти из своей комнаты по ночам.
Что там накрутили мелкие паршивцы, он не понимал. Не видел такого раньше никогда. Он входил в комнату, и всё... Когда он пытался потом выбраться из неё, чтобы навестить бабу, которая занозой засела в мозгах... Дверь просто не открывалась.
В последнюю ночь перед отъездом Кармайкл Ордон наплевал на приличия и не пошёл к себе. Сидел в гостиной, пока остальные обитатели дома не разошлись по комнатам. И что?.. Он оказался заперт тут же, в гостиной. Спать пришлось на диване, прикрывшись собственным камзолом. Не самый худший расклад, какой бывал в его жизни... Если бы не злость.
Четверо суток, что он провёл под крышей приюта, были для лорда Ордона самыми жуткими за долгое время. Начиная с того, что хозяйка приюта делала вид, что не понимает намёков и испарялась у него из-под носа каждый раз, когда он думал, что подловил её.
Лекарь, слизняк с глазами дохлой рыбы, ходил за ним хвостом. Он, наверняка, тоже имел виды на странную мисси. Нелепо выглядящую, но свободную и интересную настолько, что глаз не отвести. Она была загадкой, которую непереносимо хотелось разгадать. Как в ранней юности хотелось разгадать тайну женщин вообще.
Лорд Ордон понимал слизняка. Чего уж там! Он сам пытался прорваться к ней каждую ночь. Сам точно не знал, зачем. Чтобы доказать мелким пакостникам, что он может обойти их? Чтобы добраться до женщины? Или чтобы просто поговорить с ней?..
Одно хорошо, лекарь отрабатывал своё жалование. Не только в плане ухода за Векой. Но и в смысле приказа не показывать ей ребёнка. Так, на самом деле, думали оба мага... Только ничего у них не вышло...
Откуда было знать высокородному и лекарю, с очень своеобразным понятием об этике целителя, про тайную дверцу в комнате прежней хозяйки приюта?