– К дьяволу вас и вашу Ники! А вот детей в обиду не дам! Если не прокатит с публикацией в «Пророке», я что-нибудь еще придумаю. И вы, кстати, можете передать послание через меня. Я клятву не давала.

Снейп внимательно смотрел на нее.

– Спасибо, мисс Грейнджер!

Она кивнула в ответ.

Вечером Гермиона снова навестила Рона. Его родители уже ушли, но Гарри был еще здесь.

– Как ты?
– спросила Гермиона, присаживаясь на соседнюю кровать.

– Уже почти не болит. А ты как? Здорово орал этот упырь?

– Профессор Снейп на меня не орал, Рон.

Гарри задумчиво поигрывал волшебной палочкой.

– Герми, а что тебе вообще сказал Снейп?
– спросил он.

– Почти ничего. Просто у этих травников иногда забирали детей в Хогвартс. Если дети оказывались сильными волшебниками.

– И что? Я бы, например, не возражал, если бы меня отобрали у Дурслей.

– Они другие, Гарри. Волшебники, но другие. Эти дети или сходили с ума или кончали жизнь самоубийством. Не могли приспособиться, понимаешь? Снейп в архивах посмотрел. Последний такой ребенок умер в Хогвартсе тридцать лет назад.

– И ты в это веришь?
– фыркнул Рон.

– Верю. Знаешь, у магглов тоже такое было. Когда колонизаторы забирали детей у туземцев, чтобы «цивилизовать» их. Этим детям тоже было очень плохо. Причем, те из них, кто все это пережил, все равно не считались полноценными людьми. А здесь речь идет о магии.

Они помолчали.

– Зря мы в это влезли, - вздохнула Гермиона.

– А эта миссис Мортон красивая?
– вдруг спросил Рон.

– Очень. Я никогда таких не видела. А что?

Рон фыркнул.

– И чего, не нашла нормального мужика? Решила переспать с этим уродом? А если бы дети в него пошли?

– Ну что ты несешь, Рон!
– возмутилась Гермиона.
– Профессор Снейп никакой не урод! И он очень умный! И сильный волшебник!

– Ого, Герми! Может и ты от него детишек захочешь?

– Рональд Уизли! Ты идиот!

Гермиона выбежала из больничного крыла.

Идиот! Кретин! Надо же такое выдумать! Гермиона яростно нарезала круги по своей комнате. И сам дурак, и шуточки у него дурацкие!

Но мысли упорно возвращались к... Черт, а ведь действительно, детей не аист принес. И Снейп на самом деле занимался сексом с этой Ники... Ники... Если бы все это совсем ничего не значило, вряд ли Снейп называл бы случайную любовницу уменьшительным именем. А она называла его Северусом? Или Севом? И они целовались? Им было хорошо вместе? Черт... Гермиона закрыла глаза и попыталась представить своего Мастера. Действительно, почему они всегда считали его уродом? Ну, не красавец... Вернее, не красавчик. Резкие черты лица и большой орлиный нос уродом его не делали. Мужское лицо. Выразительное. Глаза красивые. А ресницам любая красотка позавидует. Что еще? Высокий. Худощавый. Сложен хорошо. Руки красивые. Волосы... просто неухоженные... А еще он очень умный. И энергетика потрясающая... Он... Гермиона замерла. Она что, всерьез думает о своем учителе в ЭТОМ качестве? Это... это было … почти извращением... Но тем не менее... Он вполне молодой и, да, привлекательный мужчина. И... и... с ним вполне можно было лечь в постель... Нет! Она... она не будет об этом думать! Не будет! Иначе... иначе как же ей теперь находится с ним в одной комнате?!...

– Мисс Грейнджер, могу я узнать, о чем вы думаете? Вы уже растерли семена асфодели в порошок.

– Ох! Простите, сэр!

Снейп подошел сзади и склонился над ступкой.

– Мисс Грейнджер, я понимаю, что вы поучаствовали в интересных приключениях и узнали кое-что из моей личной жизни. Но это не значит, что вы должны думать об этом во время приготовления зелий. Я этого не потерплю. О чем вы сейчас думаете?

– Я не думала, что у вас могут быть дети, сэр.

– Что-о-о?!

– Я...
– Черт! Черт! Черт! Кто ее за язык тянул?! Что он о ней подумает?!

– Вы считаете меня импотентом, мисс? Или думаете, что я бесплоден? А может вы полагаете, что женщина не может желать меня? Что я не способен доставить ей удовольствие?
– шелковистый голос завораживал, а жаркое дыхание словно стекало огнем по позвоночнику.

– Сэр...

Его руки тяжело легли ей на бедра.

– Вы действительно так думаете, мисс?

О-о-о-о-о, нет! Он мужчина. Сильный, умный, привлекательный... Он... Снейп привлек ее к себе. Она ощущала тепло его тела. Его губы мягко скользнули по ее шее.

– Я..

– Мне доказать вам, как вы ошибаетесь, мисс Недотрога?

Гермиона прижалась к нему и откинула голову назад, позволяя целовать себя. Его губы прикоснулись к ее. Она подалась им навстречу.

Он вздрогнул и отстранился.

– Извините. Я позволил себе... Больше этого не повториться.

Она с обидой смотрела на него.

Огонь в камине полыхнул зеленым.

– Северус, я не помешал? Добрый день, мисс!

Из языков пламени им улыбался Люциус Малфой.

– Люциус? Как дела?