– Пусти! – Стеша кричала и вырывалась. Из-за тумана ей казалось, что борется она сейчас не с живым человеком, а с призраком. – Там Зверёныш!

– Стеша, он в броне! – Она чувствовала жаркое дыхание на своем затылке. И жар от сжимающих её плечи ладоней тоже чувствовала. – Он в броне, с ним ничего не случится!

– Ты не знаешь. – Стеша затаилась. – Стэф, ты не понимаешь, какое это чудовище!

– Я знаю и я вижу.

Стэф держал её крепко, на него не действовали уговоры. Он ни за что её не отпустит, потому что знает и видит то же, что и она. Он видит перед собой мертвеца, существо, которое невозможно убить.

– Я должна помочь своему псу. – сказала Стеша. Это была последняя попытка решить все миром перед тем, как причинить Стэфу боль. Она не хочет, но она должна.

– Стеша! – Стэф развернул её лицом к себе, встряхнул. – Мы сделаем это вместе. Ясно тебе?!

Он осунулся за те дни, что они не виделись. Во взгляде его была непоколебимая решимость сделать всё не вместе с ней, а за неё. Никто и никогда не защищал её с такой холодной яростью. Никто и никогда…

– Стёпочка, – сказала Стеша ласково.

Она возьмет взаймы у этой жизни всего три секунды. Она их заслужила и выстрадала. Других мгновений у неё, возможно, больше никогда не будет.

– Стеша, потом. – Голос Стэфа звучал ровно, но во взгляде его она видела боль. – Я знаю, что я не тот Степан. Но… потом.

– Сейчас. – Это было правильное решение. Возможно, самое правильное из всех, которые она принимала в своей жизни. – Ты тот Степан.

Он замер. И она тоже замерла, собирая в себе те крохи сил, что ещё оставались.

– Прости меня, пожалуйста.

Сила накапливалась в ней, как копится электрический заряд в дефибрилляторе. Для кого-то верная смерть, для кого-то последняя надежда.

– За что? – спросил Стэф растерянно.

– За это.

У неё получилось рассчитать заряд, может быть, потому что сил у неё оставалось совсем немного. Их хватило на то, чтобы невидимая волна отшвырнула от неё Стэфа, сшибла с ног и припечатала к земле.

– Прости, – повторила Стеша шепотом и бросилась в туман.

Наверное, романтик Гальяно сказал бы, что между ними проскочила искра. Но на самом деле в Стэфа врезалась молния. А показалось, что Камаз!

Его отшвырнуло от Стеши на несколько метров, протащило волоком, вспахивая землю, расшвыривая в стороны ошметки мха. Воздуха в легких совсем не осталось, и до того, как Стэф сумел сделать первый вдох, в нём жила твердая уверенность, что ему конец, что вот сейчас он умрет счастливыми дураком, познавшим дзен, но так и не сумевшим спасти свою женщину.

– Ты как? – Над ним кто-то склонился, потряс за плечо.

То ли от удара, то ли из-за тумана видел Стэф плохо. Да что там?! Дышал он тоже через раз! Голос принадлежал Веронике. Он был одновременно испуганный и сердитый.

– Я же сказала, чтобы не совался! Дурень!

– Там с ним Стеша. – Его собственный голос был похож на старческое сипение, но способность соображать и двигаться мало-помалу начала возвращаться. – И Зверёныш.

– Я уже поняла. – Вероника отступила на шаг и тут же растворилась в тумане. – Степан, тут кругом морок! Оставайся на месте! – Донеслось из тумана.

Встать сразу на ноги не получилось. Сразу получилось встать только на четвереньки. Голова кружилась, в ушах звенело, перед глазами плясали темные пятна, словно где-то поблизости от него взорвалась свето-шумовая граната. Стэф сцепил зубы, пережидая и звон, и тошноту. В лоб ему ткнулось что-то горячее и урчащее.

– Братан, и ты тут? – прохрипел он, открывая глаза.

Кот громко мяукнул в ответ, лизнул в щеку шершавым языком. В тумане его глазищи вспыхивали желтым.

– Уходи, – сказал Стэф и, опираясь на чахлую березку, встал на ноги.

Братан отпрыгнул в сторону, а потом куда-то вверх. Возможно, снова забрался на дерево. Стэф запоздало подумал, что морок, который кругом, может быть и на ветвях деревьев. Но ничего страшного не случилось, Братан не упал на землю замертво. Судя по доносящимся сверху звукам, он был здоров и энергичен.

К Стэфу тоже возвращались и силы, и энергия, и решимость. Впрочем, решимость его никогда не покидала, и предупреждением о том, что «морок тут кругом», его не остановить. Тем более что он видел это проклятый морок! Тонкие нити мерцали и вибрировали от капель осевшего на них тумана. Наверное, это было бы даже красиво, если бы не было так опасно.