– Но здесь Кики и Купер, – нервно смеюсь я.

Муж прижимает ладони мне к животу. Хочется заорать. Что сделал бы Джек, будь он сейчас рядом?

– Мам! – зовет Кики.

Чарльз резко опускает руки и отходит от меня. Я расслабляюсь и быстрым шагом иду в комнату напротив.

– Да, детка?

Дочь смотрит на меня с подушки.

– А мы будем завтракать?

– Конечно. – Я наклоняюсь, чтобы поцеловать детей в лоб и не видеть человека, стоящего позади меня.

Он там, у меня за спиной. Держит под прицелом. Готов в любую минуту спустить курок. Но это уже не мой муж. Я совсем не знаю его и уже не помню, когда мы успели так отдалиться друг от друга. Знаю лишь, что мне придется заплатить за это очень высокую цену.

В такси стоит затхлый запах пота и лука. Из магнитолы грохочет низкопробная попса, да так громко, что вибрируют двери. Трейси спрашивает, нельзя ли сделать потише. И прикрутить обогреватель. Снаружи промозгло, моросит мелкий дождь, но духота, царящая в автомобиле, только усиливает запах кожаной обивки и человеческого тела. Мы переглядываемся, и подруга демонстративно морщится.

Водитель неохотно соглашается убавить громкость, и всю оставшуюся дорогу до Кингс-Кросс мы с ним не разговариваем. Мне все равно некогда: надо успеть привести себя в порядок и подготовиться к визиту в клуб. Я крашусь, накидываю пальто поверх рабочей одежды и укладываю волосы так, чтобы спадали на один глаз, слегка прикрывая лицо. А Трейси болтает по телефону с соседкой по квартире. В какой-то момент водитель делает резкий поворот и советует пристегнуться. Но я не успеваю, и мы с Трейси врезаемся друг в друга.

Когда автомобиль останавливается у клуба, я расплачиваюсь наличными и выхожу на грязный тротуар. Джек меня точно убил бы, если бы я пошла сюда одна, поэтому я и взяла с собой Трейси. Сообщница мне точно не помешает, особенно та, кто любит потусоваться, не задавая лишних вопросов.

На улицах полно людей. Порыв ветра подхватывает скомканный мусор и разносит его по тротуару. Рядом с «Макдоналдсом» выстроилась очередь. Малолетки орут друг на друга, а парни в черных худи стоят в сторонке с коктейлями и молча наблюдают за перебранкой. Мы цокаем каблуками по бетону. Музыка доносится из каждого магазинчика, каждой забегаловки на нашем пути. Напрасно я рассчитывала, что непогода отпугнет толпу. Пятничным вечером именно здесь живет и множится грязь.

Завсегдатаи ирландского паба курят у перил, а возле входа стоят угрюмые вышибалы, сурово поглядывая на прохожих. И тут я вижу один из первых стрип-клубов, украшенный розовой неоновой вывеской с изображением красотки в бокале мартини. Ветер треплет приклеенные за верхние уголки афиши, открывая те, что висят под ними. К стене их прилепили жвачкой. Мы начнем с ирландского паба – оттуда можно немного понаблюдать за входом и разведать обстановку. Я хорошо подготовилась и знаю, какие из местных заведений принадлежат Матео.

– Давай заглянем сюда. – Я беру Трейси под руку. – Там, наверное, есть камин.

– Звучит заманчиво. – Подруга улыбается и первой заходит в душный, пропитанный потом бар.

Мы занимаем уютный столик у окна с видом на один из клубов Матео. Заранее покопавшись в интернете, я выяснила, что это место – его особая гордость и отрада. Люди платят баснословные деньги, чтобы туда попасть, и оно часто мелькает на его страницах в соцсетях: интерьер в стиле ар-деко с парижским душком; обитые красным бархатом кабинки, красные лампы и медная отделка. Но нет ни стриптизерш, ни мужчин, жадно пожирающих их глазами. Глядя на клуб со стороны, можно подумать, что это стильный дорогой бар – и ничего более.

– Схожу за напитками, – говорит Трейси, положив сумочку рядом со мной.

– Спасибо. Возьми мне минералку.

Она кивает и направляется к бару под взглядами сидящих за стойкой мужчин. А я то и дело посматриваю на противоположную сторону дороги. Желто-розовые неоновые огни отражаются в мокром асфальте. Девушки в мини-юбках и кожаных куртках перепрыгивают через лужи, пряча волосы от дождя под сумочками. Невеста в компании подружек подходит к дверям и предъявляет документы двум охранникам, стоящим на входе. Их впускают, и мне удается мельком увидеть красные бархатные шторы. Бывала ли там Ариэлла? Каждую ночь ее ненаглядный проводит в окружении женщин и плевать хотел на чувства супруги.

Когда Трейси возвращается к столу, я отпиваю воды и киваю в сторону клуба:

– Это заведение принадлежит Матео, мужу Ариэллы.

Трейси явно потрясена. Прямо как я, когда об этом узнала. Она смотрит на меня, нахмурив брови:

– Да брось. Правда, что ли? – Трейси выглядывает в окно, потягивая вино. – Никогда бы не подумала, что Ариэлла имеет отношение к такой мерзости.

От ледяной воды мозг впадает в ступор.

– Я ни за что не вышла бы за человека, владеющего стрип-клубами. И чем он ее зацепил? – интересуется моя подруга.

– Вот уж не знаю. Может, сексуальностью? Сначала этот тип прибирал к рукам пабы, потом взялся за ночные клубы, а теперь дошел до стриптиза. – Пока Трейси наблюдает за тем, что происходит за окном, я продолжаю: – Думаю, надо туда заглянуть и разведать обстановку.

Она громко смеется.

– Ara, конечно. Пожалуй, я пас.

Сказать по правде, я ожидала совсем другой реакции.

Туда только что вошла невеста с подружками. У них девичник.

– Что они там забыли? – недоумевает Трейси. – Меня, например, голые женщины не заводят.