— Ты посмотри, как крыло мне поцарапала?!!

— Папа, там вообще среди старых царапин уже невозможно посадить новую!

Голоса доносились из открытого окна ещё минут десять. И Лекси совсем не понимала: как у такой убитой машины можно ещё что-то разбить? И смешно, и грустно.

— Здесь такое каждый раз, как дочка возьмёт его машину. Ты не подумай, он не всерьёз на неё злится. Просто такой человек. Поругается, потом смотришь, хихикают — чинят. Я уже в это и не лезу даже.

— Забавно.

— Любит он вот это «поскандалить». На пенсию вышел, ему скучно. Вот и ругается, то с соседкой, то вот с дочкой, — хохотнула женщина. — Кошмар!

Лекси понимающе улыбнулась.

Между тем на улице уже стояла тишина. Вот еще недавно они готовы были разорвать эту несчастную старую рухлядь на части, а сейчас тихо.

Мама Розы, улыбаясь, посмотрела в окно, затем на Лекси, и жестом подозвала: «Иди скорей, посмотри». Лекси встала рядом… и заглянула на улицу... Седой взъерошенный мужичок, немного согнувшись, держал бампер и смеялся. А дочь, хохоча с инструментом в руках, говорила ему: «Держи ровнее!» Оттуда доносились мирные разговоры, пока дочь с отцом увлеченно ремонтировали бампер.

— Я же говорила! — сияя, указала женщина.

Лекси снова чихнула.

— Будь здорова!! — крикнула с улицы Роза, заметив подругу в открытом окне.

А вечером Лекси уже сидела на кухне в своей квартире. Как бы она не хотела, а мысленно всё равно возвращалась к «подлецу». Оставшаяся доля обиды тут не причём — больше всего её огорчало то, что она сама во всём виновата. «Это был последний шаг навстречу к этому человеку, — поклялась она себе. — Знать его больше не хочу!» Но что не менее обидно — ему и на это плевать.

А к ночи у Лекси поднялась температура. Болезнь охватывала её всё сильнее. И когда цифры подскочили до 40, девушку уже в предобморочном состоянии увезли на скорой.

Больница.

Несмотря на больничный присмотр — легче ей не становилось. Её терзал ужасный кашель, головные боли, руки болели от уколов.

На следующий день всё стало ещё хуже. В палату никого не пускали. Она несколько раз теряла сознание — вирус с осложнениями.

Когда немного стало лучше, Лекси перевели в индивидуальную просторную палату с телевизором. «Наверняка Ливетти подсуетилась, — звякнуло в Лекси раздражение от факта, что она невольно приняла её помощь. — Если бы я могла говорить, я бы сказала!!» Но ничего не поделать, и Лекси умерила пыл.

За окном разливалось лучами солнце, хотя больше похоже на «палило, как никогда», но, к счастью для Лекси, она в прохладной палате, а не на улицах города.

На улицах Сан-Моарес.

Роза везла машину в СТО: машине тоже понадобилось «лечение». Они с отцом не разобрались в чем проблема, доломали что-то окончательно и вынужденно признали — тут они оба бессильны.

Дэйв.

Пот лил градом по шее. Капелька, скатившись по груди, пропала под рубашкой на торсе. Покурив возле джипа, Дэйв сорвал с себя рубашку и бросил её через окно внутрь салона внедорожника.

Солнце пекло уже не один час и сильно. Закрыв капот, он завёл двигатель и тронулся. Терпение уже на исходе. Дэйв очень не хотел сходить с маршрута, но у машины заклинило термостат на малом кругу. И уже за реальные восемь часов мучения и изворотов с охлаждением, перегрев двигатель ой как не любит, Дэйв всё же согласился заехать в «этот чёртов Сан-Моарес». Потому как ещё пять часов с остановками до другого города он уже не выдержит в этой «сауне».

Дэйв в очередной раз остановил свою любимую машину. В очередной раз выругался грубо матом, извинился, сел обратно, и со своей верной четырёхколёсной подругой продолжил путь.

Остановившись уже у ворот автосервиса, Дэйв накинул рубашку, застёгивать не стал: «Как могу уже, так и соблюдаю приличия», — буркнул он раздражённо.

В сервисе работало двое: один — в возрасте, с седой бородой и в бандане синей, другому — лет 35. К Дэйву подошёл тот, что помоложе и присвистнул, увидев у двора «крузак». Мужчины быстро переговорили, и машину тут же подвезли к «доктору».

Дэйв уважал автомехаников, поэтому в их работу со своими советами не лез. Огляделся по сторонам: в большом староватом гараже с неплохим оборудованием стояло несколько машин — одна его и две подвешенные легковушки. Далее, чёрный «Мерседес», старого поколения. На таких тачках он уже давно не встречал никого из «блатных». И… красный, убитый жизнью пикап. Дэйв удивлённо усмехнулся и задумался: «А вроде бы я его уже когда-то видел?» Затем к этой машине подошла черноволосая девушка. Подумав о любопытном сочетании из красивой брюнетки и старой красной развалюхи, Дэйв застегнул рубашку и двинулся в их сторону.

Незнакомка общалась с седым специалистом. Дэйв обратил внимание на номер её машины. Девушку он не помнил, а вот номер на бампере и саму машину вспомнил: именно в этой машине Лекси уехала как-то из Аогадо.

Девушке позвонили и она заговорила в трубку:

— Да, я машину завезла. Скоро буду дома. — Ей что-то отвечали… и долго... Затем она продолжила: — Лекси?.. Пока вроде немного лучше. Я была у неё. Но состояние ещё плохое, фактически не ест… Да, я тоже заметила… Ну ладно, мам. Я скоро.