Оливер уже лежал в кровати, обнимая любимую игрушечную машинку. Увидев отца, мальчик радостно улыбнулся.

— Папа! Ты прочитаешь мне сказку?

Джеймс сел рядом на край кровати и провёл рукой по его волосам.

— Конечно, дружок. Какую хочешь?

— Про дракона и рыцаря, — быстро ответил Оливер, устраиваясь поудобнее.

Джеймс открыл книгу и начал читать. Его голос звучал ровно, но мысли постоянно возвращались к Софии. Как она могла пойти на такую ложь? Он не мог поверить, что когда-то доверял ей.

Но глядя на Оливера, он чувствовал, как сердце немного смягчается. Мальчик был ни в чём не виноват. Он любил его — несмотря ни на что.

Оливер зевнул, его глаза начали закрываться.

— Папа… ты ведь завтра снова будешь здесь? — спросил он, цепляясь за рукав Джеймса.

— Конечно, — пообещал Джеймс, убирая волосы с его лба.

— Я всегда буду рядом.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Оливер улыбнулся и наконец закрыл глаза. Джеймс накрыл его одеялом, поцеловал в лоб и вышел из комнаты, прикрыв дверь.

Когда он спустился вниз, в доме царила тишина. София ушла, и это оставило странное чувство пустоты. Джеймс налил себе стакан виски и сел в кресло, уставившись в темноту.

Мысли о Лиме снова всплыли в его голове. Он знал, что должен вернуться к ней. Он должен доказать, что изменился.

Но в этот момент телефон зазвонил. Джеймс посмотрел на экран, не узнав номера, но что-то в нём заставило его почувствовать тревогу.

— Алло? — ответил он, поднося трубку к уху.

— Мистер Джеймс? — раздался незнакомый женский голос.

— Да, это я. Кто это?

— Говорит дежурная медсестра из городской больницы. Ваша жена, София… она попала в автомобильную аварию.

Джеймс замер, его сердце пропустило удар.

— Что? — он вскочил с кресла.

— Что с ней? Она в порядке?

— Сейчас она находится в реанимации. Её состояние тяжёлое. Вам нужно приехать как можно скорее.

Телефон чуть не выпал у него из рук.

— Я… я уже еду, — сказал он, схватив куртку и ключи.

Он бросил взгляд наверх, на комнату Оливера. Мальчик спал, не зная, что его мать сейчас борется за жизнь.

— Марта! — крикнул он, и служанка тут же появилась в дверях кухни.

— Да, мистер Джеймс?

— Я должен уехать в больницу. София попала в аварию. Присмотри за Оливером. Если что-то случится — звони мне сразу же.

— Конечно, сэр, — ответила она, выглядывая из-за двери с обеспокоенным выражением лица.

Джеймс кивнул и выбежал из дома.

В машине его мысли хаотично метались. Несмотря на всё, что сделала София, он не желал ей смерти. Её признание, слёзы и просьбы о прощении крутились в голове, вызывая противоречивые чувства.

Но больше всего он думал о том, как сказать Оливеру, что его мама в больнице. Он любил этого мальчика.

«Оливер — мой сын. Пусть он и не мой по крови, но я люблю его, как родного.»

Эта мысль стала для него якорем.

Джеймс вдавил педаль газа, стараясь как можно быстрее добраться до больницы.

Когда он подъехал к зданию, его встретила медсестра.

— Вы мистер Джеймс?

— Да. Где она?

— Следуйте за мной.

Джеймс шёл за ней по длинному коридору, каждый шаг отдавался эхом в его ушах.

— Её состояние тяжёлое, но стабильное. Ей срочно потребовалась операция. У неё сотрясение мозга, несколько сломанных рёбер и внутреннее кровотечение. Мы сделали всё возможное. Сейчас она в палате интенсивной терапии.

— Я могу её увидеть?

— На несколько минут.

Медсестра открыла дверь, и Джеймс вошёл.

София лежала на кровати, подключённая к аппаратам. Её лицо было бледным, на голове виднелась повязка.

Он подошёл ближе, сердце сжималось от вида той, кого он ещё недавно презирал.

— София… — прошептал он, садясь рядом.

Её глаза слабо приоткрылись.

— Джеймс… ты пришёл, — произнесла она еле слышно.

— Я здесь, — сказал он, сжимая её холодную руку.

— Ты поправишься.

Она слабо улыбнулась, но в её глазах было что-то ещё.

— Прости меня… — прошептала она.

— Я всё испортила…

— Тихо. Сейчас не время, — сказал он, хотя внутри него всё кричало.

— Пожалуйста… позаботься об Оливере… — её голос становился слабее.

— София, ты будешь с ним. Ты сама о нём позаботишься, — его голос дрогнул.