Фэллон.

Она останавливает Андреа и оттаскивает ее от меня, чтобы крепко обнять. Затем она обращает свое внимание на меня.

— Ты кусок дерьма, Лукан, но ты это уже знаешь. Если ты думаешь, что победил, то тебя ждет разочарование.

Я отталкиваю ее. Я рад, что у Андреа и Романа была такая верность и поддержка в те годы, когда я не был с ними, но Фэллон раздражает до чертиков.

— Кольцо на ее пальце доказывает, что я не проиграл, карлик. — Я снова хватаю жену за руку и веду ее к выходу из здания. — Если ты не возражаешь, я хочу уйти, чтобы трахнуть свою невесту.

Ее странная задница совершает крестное знамение и бросает в меня невидимую святую воду. Как бы отгоняя демонов от моего тела.

— Ты болен, ты знаешь это.

— Разве мы не все? — С последним словом я веду свою невесту к машине, ожидающей нас у входа, а все вокруг аплодируют и забрасывают нас лепестками цветов.

Андреа забирается в машину первой, и я вскоре следую за ней.

Наконец-то она в моем распоряжении.

АНДРЕА

ИТАЛИЯ

«Для меня это в новинку». — Андреа

После приема я оказываюсь в черном тонированном внедорожнике, направляющемся в неожиданное место назначения. В последний раз, когда я была во внедорожнике, покидая город Детройт посреди ночи, я убегала от этого человека и всего, что он собой представляет.

Грязные деньги.

Жадность.

Эгоизм.

Предательство.

И вот я здесь, спустя годы, замужем за тем же мужчиной и направляюсь в медовый месяц. Я чертовски волнуюсь, потому что Роман остался, и хотя мой отец и Лоренцо остались с ним, я все равно волнуюсь.

Когда его нет рядом со мной, я волнуюсь.

Я знаю, что Лукан сделал это, чтобы поиздеваться надо мной. Он должен знать, что оставлять ребенка в незнакомом месте — это больно для меня. В то же время я думаю, что ему лучше держаться подальше от Лукана. Он остался, но я знаю, что он в безопасности, и с людьми моего отца, Лоренцо и нашей командой охраны, которые его охраняют, ничего не случится. Я все еще не знаю, что Лукан намерен со мной сделать. Что, если для него это всего лишь больная игра?

Он хотел уехать на две недели, но я упорно торговалась и заставила его согласиться на пять дней.

Всего пять дней.

Что может пойти не так?

Я дремала всю дорогу в машине. Видимо, весь этот день взял свое. Мне потребовалось время, чтобы осмотреть окружающую обстановку. Я выглянула в окно и поняла, что мы находимся посреди взлетно-посадочной полосы аэропорта. Перед нами стоит частный самолет, а капитан и стюардесса ждут нас снаружи.

Как только я выхожу из машины, холодный воздух ударяет мне в лицо, словно предупреждая о том, что меня ждет. Лукан тоже выходит из машины и открывает багажник, чтобы достать наш багаж.

— Какого черта, Андреа? Мы уезжаем на пять дней. — Он с трудом справляется с тремя моими чемоданами.

— Девушка никогда не путешествует налегке, Лукан, ты должен это знать.

— Откуда, черт возьми, мне это знать?

— У тебя две сестры.

В ответ — долгое молчание. Что случилось? Почему он ничего не ответил?

Я смотрю в его сторону, а он просто смотрит на землю с пустым выражением лица.

Кстати, о сестрах: за то время, что я вернулась в Детройт, мне так и не удалось увидеть Джиану.

Где она?

Черт.

Я попала в больное место?

Может, я смогу использовать это против него.

— Пойдем, нам предстоит долгое путешествие. — Это все, что он говорит, прежде чем отдать наш багаж стюардессам и подняться по трапу в самолет.

— Куда мы летим? — спрашиваю я у его удаляющейся спины.

— Флоренция, Италия.

Один из самых романтичных городов мира.

Ох, отлично.

АНДРЕА

ПОДНИМАЙСЯ И СИЯЙ, МАТЬ ТВОЮ

«Ты любишь все во мне?» — Риан

Флоренция, Италия

Девять часов и сорок четыре минуты спустя мы приземлились в прекрасной Италии. Мы спрыгнули с самолета и сели в другой внедорожник, и вот мы уже на пути к нашему последнему месту назначения.