– Вредная, да, – поправляет кепку.

Поджимаю губы, разглядывая его профиль.

– Вообще-то я… Хотела извиниться.

– За свой вредный характер? – усмехнувшись, поворачивается ко мне.

– Ну хватит. Понимаешь ведь, о чём говорю.

Встречаемся глазами и именно сейчас мне особенно тяжело выдержать его взгляд. Потому что на самом деле очень-очень стыдно за своё поведение. Устроила там в дельфинарии истерику.

– Не надо было на Белку срываться. Она ни при чём. Зачем ты её обидела?

– Я не хотела.

– Может, семья у нас неблагополучная, но мы не отбросы какие-то и…

– Извини, пожалуйста, – перебиваю, ощущая себя самой настоящей дрянью. – Я с тобой согласна. Признаю, что вышло довольно некрасиво.

Он молча кивает.

– Мы с ней помирились, кстати.

– Вот так запросто? – недоверчиво хмурится.

– Ну… Она мне там пару условий поставила. Одно я выполнила: вызволила тебя из плена назойливой одноклассницы и её рыжей подружки, положившей на тебя глаз.

– С чего ты взяла?

– Взяла что?

– Что она на меня глаз положила.

– Демьян, – фыркаю. – Ежу понятно, как говорит твоя сестра. Она ведь откровенно к тебе клеилась. Все признаки налицо!

– Девушка всего лишь попросила намазать её кремом.

– Да брось! Ты серьёзно? Она напропалую флиртовала с тобой!

– Чё сразу не рассказала про свою фобию, Лер? – неожиданно снова возвращается к больной теме.

Вздыхаю, опуская глаза.

– Не знаю. Момент был неподходящий.

– Объяснила бы просто, что боишься и всё.

– Уже не боюсь. Дельфины… Они умные, безумно сообразительные. Такие… Невероятные. Спасибо тебе, – само собой вырывается.

– Не за что. Я от души, – пожимает плечом.

Ксюша, незаметно вернувшаяся к нам, стоит позади него и активно показывает, что я должна сделать.

Ну какая коза!

Злюсь на маленькую интриганку, но выполняю вторую часть уговора.

Встаю на носочки и быстро касаюсь губами его скулы. Типа в знак благодарности за подарок. Более подходящий момент вряд ли представится.

Парень, явно не ожидавший чего-то подобного, заторможенно моргает и удивлённо на меня смотрит.

Я в это время переживаю острый приступ накатившего смущения.

Не знаю, куда себя деть.

Лицо горит огнём. Сердце стучит часто-часто.

– А чё это у вас тут происходит? – вопит Белка, появившись словно чёрт из табакерки.

Лыбится во все свои неполные тридцать два, наивно разыгрывая саму невинность.

Во актриса растёт! Обалдеть, блин!

– Да Лерка у нас перегрелась под солнцем, по ходу, – улыбается Демьян, внимательно на меня глядя.

– Просто поблагодарила. Забей, – отмахиваюсь, опуская на нос очки.

Начинаю рыться в пляжной сумке. Изображаю поиски чего-то. Сама не имею понятия чего...

– Мама говорит, от поцелуев случаются дети.

Перестаю копошиться.

Господи! Этой девчонке надо бы периодически заклеивать рот!

– От таких не случаются, – смеётся брат.

– А от каких случаются?

Слава Богу, от неловкой ситуации отвлекает недовольство столпившихся у кассы людей.

– Нет ну как так!

– Лимит, говорят.

– Что значит лимит?

– Ограничение по посетителям.

– Какой ещё лимит? Простояли столько! Эй! Вы издеваетесь?

– Что там? – вытягиваю шею.

– Похоже, сегодня до фига желающих посетить аквапарк, – отзывается Демьян. – Чё такое, бать? – по-свойски спрашивает у толстого, усатого мужчины, стоящего рядом с нами.

– Да разворачивают вон всех. Кончились билеты, – сообщает тот, подтверждая ранее озвученную версию.

– Класс…

– Мы без аквапарка? – расстраивается Ксюша.

– Получается, что так.

Она начинает плакать.

– Белка… – он садится перед ней на корточки.

– Ты обещал сводить! Слово давал!

– Я сдержу его. Сходим обязательно.

– Сходили, ага! – дуется младшая сестра, обижаясь.

– Завтра вернёмся. Пораньше очередь тут забьём и…

– Не хочу я завтра! Хочу сегодня! – заявляет она капризно.

– Сегодня всё забито, Ксюх. Сама же видишь.

Девчонка принимается реветь.

– Эу, ну мы чё последний день живём? Прекращай.