– Угу.

Кто бы сомневался.

– Дай угадаю. Лимонад?

– Грушевый! – широко улыбается.

– Окей.

– О, идёт наша вредина, – резко меняется в лице. Хмурится, надувает щёки и демонстративно опускает взгляд на куклу, а всё потому что на горизонте появляется Валерия.

– Ща метнусь за мороженым и вернусь. Никуда не отходи от неё. Я смотрю за тобой, ясно?

– Ясно-ясно, – повторяя за мной, кивает.

Иду до торговой палатки. Там толпится народ.

– Вы крайняя? – спрашиваю у девушки, изучающей содержимое холодильника.

– Да.

– Тогда я за вами.

Занимаю очередь и уже отсюда наблюдаю за Ксюшей и Лерой.

Последняя останавливается напротив мелкой.

Мнётся, сложив руки перед собой.

Перекатывается с пятки на носок.

Молчит.

– Пять бутылок вон той газировки, – слышу я фоном. — Оплата картой. Жарища какая! Я прям отвыкла от этого, – жалуется продавщице девушка, стоящая передо мной.

Лера тем временем садится на лавочку рядом с Ксюшей. Что-то говорит Белке, но та целиком и полностью сосредоточена на кукле и не обращает на неё внимания.

Она всегда ведёт себя так, когда обижается.

Знаем, проходили. Не раз.

– Слушаю вас, молодой человек. Говорите.

– Здравствуйте. Три эскимо и три бутылки грушевого лимонада.

– Пакет нужен?

– Нужен.

– Оплата картой или наличными?

– Наличкой, – достаю из кармана пятисотку. Разворачиваю. – Держите.

– Соколов, ты что ли?! – та самая девушка из очереди стучит по моему плечу. – Офигеть! – растерянно улыбается, хлопая ресницами.

Озадаченно на неё смотрю.

Кто такая?

– Полина Кузнецова. Мы в одном классе учились. Ну, до того, как тебя в детдом забрали, – поясняет она. – Не помнишь меня, Дёма? Я старостой была. Мы с тобой горшок с дифенбахией разбили во время дежурства. Классуха так орала! Заставила нас покупать этот чёртов горшок.

– Помню. Извини, Полин. Не узнал.

– Ой ладно! – отмахивается. – Я тебя тоже по голосу не сразу идентифицировала. Ты очень возмужал с тех пор, как мы виделись!

– Ты тоже изменилась.

– И сильно? – интересуется, поправляя верх купальника.

– Да, – отвечаю честно.

Она повзрослела, похудела. Сейчас у неё совсем другой цвет волос и стрижка. Нет очков.

– А ты всё такой же красавчик! – толкает локтем в бок. – Тут сейчас живёшь?

– Нет, в Москве.

– Мм… В Москве? Серьёзно? – искренне удивляется. – Прикольно. Значит тоже приехал проведать родственников?

– К сестре приехал.

– Понятно, а я у тётки в Питере живу уже три года. В колледже учусь. Заканчиваю в следующем году. Потом в универ поступать буду.

– Вот теперь узнаю Полину Кузнецову, – киваю.

Невзирая на внешние перемены, она осталась прежней. Желание усердно грызть гранит науки никуда не делось.

– Слууушай, а помоги пакет донести. Тяжёлый очень, – вкладывает свою ношу мне в руки. – Мы с однокурсницей на пляже валяемся. Жажда замучила. Я за водой пошла, а она осталась сторожить мой шезлонг. Поможешь?

Отказать, вроде как, неудобно. Бутылок и правда много. Не дотащит.

– Помогу, – забираю свой пакет с холодильника для мороженого. – Далеко идти?

– Нет, вообще недалеко.

– Ща. Сестру предупрежу, – шагаю ближе в сторону аллеи. Оттуда кричу: – Ксюх, пару минут меня подождите. Я сейчас вернусь. Однокласснице помогу, – трясу пакетом. – Идём, Полин.

– Блин, как хорошо, что я тебя встретила. Надорвалась бы, – семенит рядом.

– Куда нести?

– Сюда, – бежит вперёд, чтобы показать дорогу. – А ты надолго приехал?

– Нет.

Спускаемся по ступенькам. Заходим на территорию пляжа.

– На сколько?

– Скоро уезжаю.

– Как жалко. Наши на днях собираются встретиться. Мне кажется, они были бы рады тебя увидеть.

– Привет передам через пацанов, – осторожно пробираюсь дальше, стараясь не наступить на куропедов, лежащих шпротами на песке.

– А, то есть ты связь с кем-то поддерживаешь? Нам налево, – сворачивает к отряду шезлонгов, выстроенных в линию. – Вон она моя подруга, – пальцем указывает на девушку в красном купальнике.

Движемся по направлению к ней.

– Эй! Я вернулась с лимонадом.