Она молча наблюдает, как я перетаскиваю свой чемодан и сумку в гостиную рядом с диваном.

Кладу на пол и роюсь в сумке, пока не нахожу плавки.

Стягиваю с себя брюки и рубашку, натягиваю плавки поверх боксеров и, не говоря ни слова, выхожу из виллы и направляюсь к океану, чтобы искупаться и проветрить мозги.

— Как прошёл полет на самолёте — спрашивает Габриэль по видеосвязи позже тем же вечером.

Малия не произносит ни слова, глядя в камеру. Я смотрю на нее, приподняв бровь, а затем поворачиваюсь обратно, чтобы посмотреть на Габриэля.

— Было комфортно. Спасибо, что позволил нам воспользоваться твоим самолетом для турне.

Он кивает, довольный, но я вижу, что он в напряжении. Он выглядит так, будто похудел, а под глазами у него теперь мешки.

— Удалось найти Залею? — спрашиваю я, полагая, что она причина этой версии Габриэля.

— Мы знаем, что она в Италии, но мне самому все еще трудно ее разыскать, — говорит он, проводя рукой по своим обычно идеальным волосам, которые теперь направлены во все стороны. — Но я уверен, что уже близок к этому.

Я киваю и ещё раз бросаю взгляд на Малию. Её лицо по-прежнему напряжено, и я даже не уверена, что она моргает. Я прочищаю горло и снова поворачиваюсь к камере, замечая, что Габриэль совершенно не обращает на неё внимания.

— Итак, на этих соревнованиях вы будете кататься на Облачном прорыве, — объявляет он, подпирая свой телефон о что-то, пока объясняет руками. — Это очень сложная волна.

— Почему? — спрашиваю я.

— Здесь несколько участков, поэтому вам обоим придется договариваться, чтобы избежать толстого края волны.

— Звучит как идеальная волна для нас, — говорю я, ухмыляясь. — Как ты предлагаешь нам справиться с ней, тренер?

Габриэль хихикает, кивая в знак согласия.

— На этой волне будет много возможностей для катания внутри волны, так что воспользуйтесь этим. Кроме того, у нее отличное плечо4 для карвинга, круговых разворотов и множества маневров силового серфинга. Именно на этой волне вы должны показать, что делает вас обоих такими потрясающими серферами, какими вы являетесь.

— Понял, — отвечаю я, делая мысленные заметки для нас обоих, поскольку знаю, что Малия сейчас не обращает на это внимания.

— Просто помните, что у этой волны есть три точки, за которыми нужно следить. Точка, которая находится наверху, — это место, где вы найдете более крупные волны, идеальные для серфинга сверху вниз. Вы сможете продемонстрировать маневры, которые мы здесь отрабатывали, например, катбэк5 и боттом тёрн6. Средняя часть волны — это место, где вы найдете время для катания внутри нее, но она очень быстрая, поэтому не теряйте бдительности, иначе вас занесет. И наконец, внутренняя часть, также известная как Шиш-кебаб.7 Здесь волна ускоряется и одновременно становится очень пологой, так что держитесь уверенно, иначе вас проглотит в одно мгновение.

Я киваю, уже начиная планировать, как хочу прокатиться на этой волне.

— Но Коа, — предостерегающе говорит Габриэль, — многие серферы рисковали жизнью, катаясь на этой волне. Следи за острым как бритва рифом, иначе это может коснуться и тебя.

— Понял, тренер. — Я снова киваю.

— Малия, — говорит он, наконец-то обращая свой взгляд на нее, приподняв бровь. — Какого черта ты уставилась на меня так, будто собираешься убить?

— Думаю, лучше спросить, какого черта ты поселил нас на вилле, где есть только одна кровать?

Габриэль хмурится, собираясь с мыслями, прежде чем ответить.

— Прости, я что-то пропустил? — спрашивает он, скрещивая руки, откидываясь на спинку кресла. — Разве вы двое не делили постель в моем доме в течение многих лет? Или даже не делили палатку два дня назад?

Ее лицо становится пунцовым, она продолжает смотреть на него.

— Ты должен был спросить, не против ли мы, прежде чем принимать такое решение.

— Ты действительно не можешь делить постель с товарищем по команде в течение двух недель? Я не прошу вас трахаться, хотя мне трудно поверить, что вы двое еще не делали этого в этом турне. Это просто для сна, Малия.

— Боже мой, — восклицает она, вскидывая руки вверх, — ты такой невозможный человек, Габриэль. Неудивительно, что Залеа сбежала.

Габриэль молчит, его глаза сужаются, и я знаю, что бы он ни сказал дальше, это будет катастрофой.

— Давайте спать, я устал после всех этих путешествий, — говорю я, вмешиваясь.

— Ты прав, — соглашается он, возвращая свое внимание ко мне. — Это был долгий день для всех нас троих, так что давайте воссоединимся после соревнований. Я верю, что вы двое справитесь с тренировками без меня в ближайшие несколько дней.