Глядя на эту декорацию из фильма ужасов, вскоре я понял, что мне категорически не нравится это место. Но еще больше мне не нравилась туманная дымка, обволакивающая зону заражения непроницаемой пеленой. Медленно сгущающаяся, она словно накапливала мощь, дабы в конечном итоге выстрелить длинными щупальцами в разные стороны. Поглотить еще больше территории, а потом и нас сожрать вместе с ней.

— Там в глубине снуют какие-то тени. Надо убираться отсюда. Да поживее, — подтвердил мои опасения эльф.

Я молча кивнул. Подтянул разболтавшуюся лямку рюкзака и прибавил темп, однако практически в ту же секунду резко остановился, преграждая паладину дорогу рукой — засмотревшись на зловещий туман, тот едва не провалился в трещину в асфальте. Небольшую, сантиметров шестьдесят в ширину, но при этом настолько глубокую, что дно ее не просматривалось.

— Небось жалеешь, что «Связующая нить» все еще действует? — вместо благодарности сплюнул он. — Представляю, с каким удовольствием ты бы дал мне упасть.

— Да-да, а затем спустил бы штаны и погадил сверху, — устало вздохнул я. — Боюсь, ты себя переоцениваешь, Фройлин. Конкретно о твоем убийстве я думаю редко. Чего не скажешь о твоем отце.

Очевидно, Белар хотел что-то ответить, но не сумел — вновь разразился приступом кашля. Следующим действием и вовсе предпочел замолчать. Видимо, решил не тревожить лишний раз саднящее горло.

Так мы прошли в тишине еще километров шесть или семь, пока не наткнулись на кое-что интересное: вереницу построек, обнесенных забором с колючей проволокой и, что самое главное, обитаемых.

Пригнувшись, я показал эльфу сделать то же самое, и присмотрелся внимательнее. Две наблюдательные вышки, несколько складов, ангары, нагромождение «драконьих зубов» по периметру и армейские жилые модули, расположенные вокруг огромной теплицы, сквозь мутные стекла которой виднелись длинные ряды многоярусных стеллажей. Между ними под присмотром десятка солдат курсировала изможденная группа людей, которые, в свою очередь, собирали урожай. Картофель, морковь, кукурузные початки, лук. Один даже тащил на горбу мешок спелых дынь. Отнес его в приемно-сортировочную зону и, покачнувшись от усталости, нечаянно уронил на землю, за что тотчас же поплатился пулей в затылок. Добавил красного оттенка к большому лозунгу на стене, где было написано: «Сильная рука, стальное сердце».

— Ага, ясно. Судя по всему, перед нами эдакая милитаризированная группировка, члены которой крайне серьезные и не любят шутить, — произнес я, провожая взглядом бритоголового стрелка. Парня лет двадцати с квадратной челюстью и тонкими, словно нити, губами. — Хм.

По идее, стоило бы наведаться к ним на огонек. Разжиться едой и патронами. Плюс поискать различных семян, чтобы снова применить руну «Ингуз», когда запасы провианта иссякнут. Вот только автоматические турели на поворотных платформах меня смутили. Как, впрочем, и показавшиеся из-за угла трое охранников в экзоскелетной броне. Близко похожей на «Ратник-семь» Германа и примерно столь же громоздкой. Да и к тому же оснащенной массивными шлемами со встроенными системами прицеливания и целеуказания, включая прочие невидимые глазу примочки.

«Нет. Боюсь, конкретно этот орешек нам точно не по зубам, — покачал головой я. — Слишком рискованно. Настолько, что мы либо уйдем отсюда ни с чем, поджав хвост, либо каждый из нас хлебнет по горстке свинца».

— Мы должны их убить, — в противовес моему внутреннему выводу сообщил Фройлин.

— Думаешь?

— Сам посуди. У них при себе тьма ресурсов. Оружие, экипировка, возможно зелья, — паладин снова ощупал больное горло. — А что у нас? Ходим как два нищеброда в вонючих обносках. Ни еды, ни лекарств.

Признаться честно, меня слегка позабавило, как Фройлин намеренно обобщил, сказав «нас», хотя на самом деле говорил исключительно о самом себе. Но я не стал его поправлять. Наоборот, подыграл:

— Что верно, то верно. Как говорится, ни кола, ни двора.

Услышав неприятное сочетание букв, Белар снова нахмурился. Затем и вовсе покраснел от гнева, когда понял, что я настроен скептически.

Более того, по факту я уже все про себя решил, ибо маркировка на карте в виде черепа говорила об этом месте красноречивее всего остального. Поведемся на жажду наживы и задумаем ограбить тех ребят — умрем. Все просто. Это не то садовое товарищество, в дела которого следует совать нос.

— Если боишься, то я могу и один это сделать. Гребаный трус.

— Вперед, — хмыкнул я. — Однако прежде, чем ты заработаешь премию Дарвина, хотелось бы напомнить, что без уровней, усилений и прочих пассивок наши тела — лишь наполненные кровью мешки с костями. Один раз попадут — и все, конец испытания. Следовательно, вопрос: хватит ли тебе скорости, чтобы отбить летящую в морду пулю? Или на тебе доспех из мифрила?

Эльф промолчал. Около минуты о чем-то усиленно размышлял и наконец произнес: