Остап поковырял пальцем в зубах.

— Надо бы вернуться в амбар. Я же, в конце концов, пахан. Я отвечаю за своих людей. А они, наверное, ждут, беспокоятся. Николь ждет… Надо действовать, и чем скорее, тем лучше! Мне нужно оружие. Что-нибудь посерьезнее, чем этот нож!

Он перерыл весь дом. Нашел несколько кухонных ножей, деревянную колотушку и топор, тупой и ржавый.

— Да чтоб вас всех! — в сердцах воскликнул Остап и бросил колотушку в стену.

И тут его ожидал сюрприз.

В месте, куда попала колотушка, образовалась дыра, от которой во все стороны поползли трещины. Остап подошел и сунул в отверстие два пальца. Там оказалось пустое пространство, расширив которое, он обнаружил тайник, где находились винтовочный обрез, пятнадцать патронов и три магазина.

Модель оружия режиссер узнал сразу. Винтовка Мосина. Какое-то время назад он работал на сериале об этом конструкторе, так что был, как говорится, в материале. Многозарядная винтовка сочетала в себе точность, невероятную надежность и простоту, а ее магазин вмещал пять патронов. «Мосинка» прошла русско-японскую, Первую мировую, Гражданскую и Великую Отечественную войны. Более полувека состояла на вооружении нашей армии. А белорусы так и вовсе списали ее со счетов лишь в 2005 году. Завидное долголетие!

— Ну теперь они у меня попляшут! — радостно воскликнул Остап и проверил магазин.

Заряжен.

С обрезом наизготовку он отворил дверь и вышел наружу. В его карманах лежали магазины с патронами, а на ремне болтался свинорез в кожаных ножнах, которые нашлись у Хорька в голенище сапога.

Огоньки еще не успели погаснуть и местность была хорошо освещена. Пусто и тихо. Остап насторожился и прислушался. Как-то подозрительно спокойно.

Вдруг шагах в десяти, словно из-под земли, вырос зомби. Высокий мрачный тип в зеленом комбинезоне, на груди — множественные раны и запекшаяся кровь. Прежде чем выстрелить, Остап успел дать ему кличку. Ларч. В честь огромного молчаливого дворецкого из «Семейки Адамс».

Пуля в цель не попала, а нежить приближалась. Когда зомбак оказался на расстоянии вытянутой руки, Остап прицельно продырявил ему голову. Издав глухой рык, враг плюхнулся наземь.

На смену товарищу явилась уже парочка мужских особей. Низенькие и лысые, они двигались медленно, будто во сне.

«А эти будут Труляля и Траляля. Как те два перца из 'Алисы в стране чудес», — поименовал новобранцев Остап.

Выстрел опять ушел в «молоко».

Он потряс головой, прицелился как следует и отчетливо произнес:

— Раз Труляля и Траляля

Решили вздуть друг дружку

Из-за того, что Траляля

Испортил погремушку,

Хорошую и новую

Испортил погремушку.

Бабах!

Вновь мимо.

Надо точнее.

— Но ворон, черный, будто ночь,

На них слетел во мраке.

Герои убежали прочь,

Совсем забыв о драке.

Тра-ля-ля-ля, тру-ля-ля-ля,

Совсем забыв о драке.

Тарарах!

Опять промах.

Да что ж такое!

Горе-стрелок решил не тратить драгоценные боеприпасы и, вынув из ножен свинорез, подбежал к увальням и с легкостью продырявил их гнилые затылки.

— Кто молодец? Я молодец! — возликовал Остап. — Да такими темпами я уничтожу всю эту погань в считанные минуты!

Следующий оживший мертвец был ничем не примечательным среднестатистическим мужчиной средних лет в зеленом комбинезоне. Но привычка давать зомбакам клички побудила назвать этого Бармаглотом, персонажем все той же «Алисы в стране чудес». Мертвяк несся навстречу с огромной скоростью. Остап вытер пот со лба, облизал сухие губы и продекламировал:

— Варкалось. Хливкие шорьки

Пырялись по наве,

И хрюкотали зелюки,

Как мюмзики в мове.

О бойся, Бармаглота, сын!

Он так свирлеп и дик,

А в глуще рымит исполин —

Злопастный Брандашмыг.

Выстрел.

Пуля попала зомби в живот.

— Но взял он меч, и взял он щит,

Высоких полон дум.

В глущобy путь его лежит

Под дерево Тумтум.

Он стал под дерево и ждет,

И вдруг граахнул гром —

Летит ужасный Бармаглот

И пылкает огнем!

Раз-два, раз-два! Горит трава,

Взы-взы — стрижает меч,

Ува! Ува! И голова

Барабардает с плеч.

Бабах!

В яблочко! Зомби отправился в ад.

Остап перезарядил обрез и, приняв пафосную позу, провозгласил:

— О, светозарный мальчик мой!

Ты победил в бою!

О, храброславленный герой,

Хвалу тебе пою!

Варкалось. Хливкие шорьки

Пырялись по наве.