— Да, – ровно ответил я и позволил своему дыханию участиться, что дало мне небольшую физическую реакцию. Суть этой тактики заключалась в том, что большинство людей ощущают некий физический эффект, когда их спрашивают о проступках. Парень, проводивший проверку на полиграфе, сделал пометки, как я и хотел. Мне нужно было, чтобы его исходные данные были неверными.

— Ты когда-нибудь брал то, что тебе не принадлежало?

— Да, – сказал я и перевел взгляд на Джаду. Мое сердцебиение немного участилось.

Она пристально смотрела на меня, без всякого осуждения, только с беспокойством.

— Ты когда-нибудь нарушал правила и не был пойман?

Я кивнул.

— Да.

— Ты когда-нибудь давал обещание, которое не сдержал?

— Нет, – уверенно ответил я. Мой пульс оставался ровным.

Полиграфолог кивнул Стражу. Он был готов.

— Хочешь ли ты стать братом Анклава? – спросил Страж.

— Да, – легко ответил я. Это даже не было ложью. Мне нужно было продолжить этот запутанный путь членства, чтобы выяснить их внутреннюю работу и понять, кого именно я должен убить.

— Почему ты хочешь вступить в Анклав?

— Чтобы мой отец гордился мной, – ответил я.

— Это ложь?

— Нет. – Мой пульс оставался ровным.

— Ты сидишь на стуле? – Случайный контрольный вопрос возник из ниоткуда.

— Да.

— Ты женат?

— Да, – ответил я и посмотрел на Джаду.

— Твоя жена находится в этой комнате?

— Да.

— Ты любишь ее?

Мое сердце подпрыгнуло, я, блядь, не смог его остановить. Я не мог лгать. Это все испортило бы.

— Да, – выдавил я, отводя взгляд от Джады.

Полиграфолог кивнул. Срань господня. Это становилось слишком реальным.

— Она любит тебя? – бесстрастно спросил полиграфолог.

— Нет.

— Ты хочешь, чтобы Анклав был разоблачен, правда или ложь?

Я слегка вдавил пятки в пол, чтобы пульс остался ровным.

— Ложь.

— Тебе приходилось отнимать человеческую жизнь?

— Да.

— Жалеешь ли ты о том, что причинил человеку боль?

— Нет.

Страж кивнул полиграфологу. Неужели это конец?

Полиграфолог развернул лист бумаги перед собой, открыв еще один длинный список вопросов.

Блядь.?

Казалось, прошло несколько часов, когда Страж похлопал полиграфолога по плечу и кивнул.

— Брэндон О'Коннор, ты прошел второе испытание.

По комнате прокатились легкие аплодисменты.

Мне отстегнули руку, пока я вращал плечами, пытаясь снять напряжение. На долю секунды я поймал темный взгляд Джады, и мое сердцебиение резко участилось. Она слышала всё, черт возьми. Слава Богу, что меня уже отключили; я бы взорвал аппарат.

— Этот тест был последним психологическим испытанием. После него, если ты выдержишь последнее, физическое испытание, ты станешь братом Анклава. А пока... – Страж удивил меня, подняв свою маску. Он подошел ко мне и протянул руку. — Неофициальный прием в общество, Брэндон.

Я уставился на мужчину, который был зачинщиком всего этого дерьма. Он был до ужаса заурядным. Неужели главарь Анклава был каким-то ничтожеством? Он выглядел как любой другой банкир, которого можно увидеть, прогуливаясь по финансовому району. Ничем не примечательный, безобидный и совершенно незапоминающийся.

Я пожал его руку, крепко сжав ее.

— Меня зовут Арчибальд Кэллоуэй. Это моя жена, Реджина, – сказал он, заглядывая мне через плечо.

Остальные присутствующие тоже сбросили маски. Джада ошеломленно оглядывалась по сторонам с таким выражением лица, будто пыталась запомнить всех, чтобы потом убить их. Я взял ее за руку и притянул к себе, а затем повернулся, чтобы встретиться взглядом с женой Арчибальда. Она стояла рядом со мной, на ее губах играла нервная улыбка.

— Очень приятно наконец-то познакомиться с тобой, – с энтузиазмом произнесла она и пожала мне руку, после чего повернулась к Джаде. — И я так рада познакомиться с тобой, Джада.

— Взаимно, – холодно ответила Джада, пожимая протянутую руку.

— Это был довольно захватывающий тест, не так ли? – восторженно спросила Реджина.

Глаза Джады встретились с моими, и я не смог отвернуться.

После короткой паузы Джада кивнула.

— Да, это было, мягко говоря, познавательно.

Я усмехнулся, пытаясь унять свой дискомфорт.

— На самом деле это не совсем мой вариант развлечения на вечер, но если вам нравится – всегда пожалуйста.

Арчибальд понял намек.