— Я не хочу, чтобы он гнил в шахтах или на каменоломнях.

— Я понимаю, считаю, что стоит попросить Мастера Фешаня о совете.

— Да… — Рюга еще раз поглядела на подпись Наэля, которая была похожа на витое копье. — Пошли отсюда.

(Ратуша)

Близнецы еле смогли добраться до Фешаня. Зверопес принимал делегацию из Чида, на этот раз помимо Нао и Доко, прибыл еще и чиновник из центральной провинции Холмов.

Когда сестры и Фешань, наконец, остались наедине. Зверопес уселся за стол в примеченной им комнатушке. Рюга с ходу потребовала, чтобы Наэля осудили мягко.

— Ну-ну, я тут вообще-то, простой исполнитель в этот раз. Да и в прошлый визит я не имел никаких полномочий в судебных делах. Решать будет совет, причем приоритет у нашего нового гостя и…

— Да плевать мне кто там приперся, я хочу, чтобы малой не попал в очередной ад.

— Он совершил убийство, — напомнил зверопес. — И это не защита или прямая провокация, он пришел в чужой дом и сделал это. Ты сама-то уверена, что ему стоит давать легкое наказание.

— Он этого не делал! — вырвалось у Рюги. — Точнее…

— Понимаю. Наэль для тебя не чужой, но мы не можем нарушать правила из-за…

— Да знаю я все!

— Тогда просто свидетельствуйте так, чтобы судья понял, почему этот мальчишка не заслуживает казни, — сказал Фешань.

— Казни?

— Мгу, он совершил не просто преступление и не просто убийство, я был у травника, а ты.

— Только что.

— Тогда знаешь, что Наэль убил Жадочи жестоко. Я всякое повидал и могу точно сказать, что он наслаждался тем, что делал.

— Бред, он не такой!

— Разве? — Фешань посмотрел на Рю. — Усиочи рассказал, что, когда на Далай напали наемники, Наэль Дар хладнокровно расправлялся с любой целью, причем по словам Усика, он делал это не в первый и не в десятый раз.

— Я не отрицаю, что он убивал, — Рюга все сильнее стискивала край стола, за которым сидел зверопес. — Но ты сам сказал, что он действовал хладнокровно, а тут… резал как ненормальный.

Фешань пожал плечами.

— Тогда это была просто драка, а теперь — личное.

— Так не бывает!

— Бывает. Слишком много свидетельств того, что все, что случилось то, чем кажется.

— Почему он не скрылся? Почему остался там до утра? — не унималась Рюга.

— Так бывает, когда осознаешь содеянное, — Фешань говорил серьезно. Рюга впервые увидела его таким холодным. — Иногда, когда айны становятся по-настоящему безумными, они цепенеют от осознания той черты, за которую ступили.

— Фень, я…

— Не нужно больше слов, — зверопес поднял руку. — Я понимаю твое желание защитить своего, но для него лучше будет принять заслуженное наказание, и тяжелая работа — не самое плохое решение.

Рюга вдруг сморщила лоб и стиснула зубы.

— Я не допущу, чтобы его казнили.

— Этот случай все же может быть провокацией, — сказала Рю. — Если подумать, Наэль выглядел более спокойным последние полгода.

— Верно, кто-то наплел ему эту чушь, и пацан себя раскрутил. — Вторила Рюга.

— Это-то и опасно. — Фешань побарабанил пальцами по столу, — поэтому-то он и опасен.

— Что?

— Если бы Жадочи сам наорал на него, сказал бы так мол и так, я тебя видеть не хочу, выметайся, а то вышвырну как твою сестру…

— Даже в таком случае это было бы слишком, — сказала Рю.

Фешань лишь покивал.

Рюга растерянно глядела на стол зверолюда.

— Я достаточно долго общалась с ним, — сказала Рюга.

Она хотела продолжить, что мальчишка бы не стал так действовать, но вспомнила их первую встречу, как он напал на Зеленого и Тощего. — «Может, он и их бы убил в тот день?..»

— Господин Фешань, вас ждут, — раздался мужской голос из-за двери.

Зверопес пошел к выходу, положил руку на плечо гонкай.

— Завтра все решится. Не делай глупостей, ладно? Мне и так было непросто договориться о том, чтобы тебе присвоили звание.

Рюга не ответила.

Глава_35.3

Рю и Рюга вернулись в особняк Тощего. Там их ждали мальчишки и Мия с Кито. Они немного поговорили. Рю сказала, что суд состоится завтра вечером. На расспросы банды красная сестра лишь вызверилась и ушла в свою комнату.

Рюга вращала одни и те же мысли и неизбежно приходила к выводу, что-то, что приписывают Наэлю, могло быть правдой. — «Хан ну и нахрена ты приучал меня сопротивляться очевидному, если обычно все то, чем кажется?» — подумала гонкай. За полночь она, наконец, смогла уснуть.