— Зачем мне так безжалостно прекращать твои страдания? Смерть — слишком просто, а я хочу наслаждаться тем, как уничтожаю тебя, пока ты не потеряешь желание жить. — она подошла ближе и, протянув руку, взяла меня за подбородок, заставляя посмотреть ей в глаза.

Она торжествующе улыбнулась.

— Дочь, — промурлыкала она, и впервые с тех пор, как она подняла мою голову, демон замешкалась с ответом. — У меня есть для тебя задание, дитя, а, когда ты его выполнишь, получишь подарок.

Демон вздрогнула, и меня охватил страх.

«Я же говорила, что она вознаградит меня». Демон зашипела от удовольствия, отталкивая мою ослабевшую душу в сторону, чтобы взять контроль над нашим телом.

— Да, мама? — она вздрогнула, поднявшись с трудом.

— Мне жаль, что пришлось тебя покалечить, — сказала Лилит, проведя большим пальцем по моей щеке. — Но это не было направлено против тебя. Твою хозяйку нужно было наказать, и я не могла допустить, чтобы Калеа снова попыталась сбежать.

Я попыталась презрительно скривиться, но демон оттолкнула меня назад.

— Я понимаю, мама. Буду рада помочь, чем смогу. Она достаточно долго мучила меня, и я с радостью верну этот долг.

Лилит ухмыльнулась, убирая руку с нашего лица.

— Я так и думала.

Демон захромала за ней, и мы оба вздрагивали от каждого шага.

— И ты исцелишь меня, когда я выполню твое задание?

«Твои унижения жалки, — прорычала я. — Ей наплевать на тебя…»

«Нет, ей наплевать на тебя».

— Конечно. Тебе не придется страдать, если ты будешь выполнять мои просьбы, — бросила Лилит через плечо, когда мы приблизились к тесным рядам палаток.

Демон ухмыльнулась, и мое сердце упало, когда мы шли на подкашивающихся ногах. Что именно мы делали в лагере Чужеземцев? И какое «задание» могла потребовать моя мать от демона в качестве средства для моих пыток?

Императрица остановилась на краю гравия, где он пересекался с утоптанными дорожками, ведущими между рядами палаток. Несколько Чужеземцев покинули пределы изношенной ткани и расположились на грязной земле. Их взгляды метались между Айан и императрицей, беспокойство отражалось на их исхудалых лицах.

— А вот это уже жалко, — прохрипела демон сквозь стиснутые зубы, и Лилит обернулась к ней с довольным выражением лица.

— Я рада, что ты так думаешь, потому что это твоя задача.

Что?

— Да? — спросила демон, ее возбуждение захлестнуло меня, заставляя меня задыхаться.

— Да. В уплату за свои грехи, Калеа, ты будешь наблюдать, как твоя тьма убивает всех до единого Чужеземца в этом лагере.

Кровь застыла в моих жилах, и панический ропот разнесся среди ближайших Чужеземцев.

— С удовольствием…

— Нет! — ужас охватил меня, и я царапалась, пытаясь контролировать свое тело. — Я не причиню им вреда!

Демон вцепилась в меня, пытаясь восстановить контроль. Я рухнула на колени, обхватив голову руками: меня словно разрывало на две части.

— Ты не готова к этому заданию? — спросила Лилит, наблюдая, как я корчусь.

— Готова! — сказала демон, и знакомая тьма окутала меня, увлекая за собой в бездну.

— Не отправляй ее слишком далеко, дочка. Я хочу, чтобы она все видела. — Лилит рассмеялась, в ее глазах появилось безумие. — Хочу, чтобы она почувствовала их кровь, увидела, как свет покидает их глаза, и поняла, что их смерть наступила от ее руки. Она не должна была бросать мне вызов. И она никогда не победит.

«Нет, пожалуйста, нет!» Я боролась изо всех сил, но мои крики остались без внимания. Я была так слаба после поглощения тьмы Кэсси и Ксандера — не могла противостоять силе демона.

«Наконец-то». Демон заставила мои губы скривиться в предвкушающей улыбке и, поднявшись на ноги, подняла руку. В пальцах вспыхнула острая боль, но она проигнорировала ее, и я в ужасе уставилась на нее. Ногти на ее руке удлинялись и росли, превращаясь в острые когти.

Крики ужаса наполнили лагерь, и Чужеземцы бросились врассыпную, как будто там можно было спрятаться и спастись от хищницы с жаждой крови в сердце. Она подняла голову и впилась глазами в свою добычу, прислушиваясь к биению пульса в их горле.

«Останови это!» — закричала я, кровь звенела в ушах, я пыталась найти огонь внутри себя, хотя никак не могла до него добраться.

«Наслаждайся шоу, сестренка». Я закричала, когда она бросилась вперед, забыв о своих ранах из-за желания исполнить волю матери — убить этих невинных людей. Чужеземцы продолжали разбегаться, их крики вторили моим внутренним воплям, но, как и мне, бежать было некуда, и они не могли сравниться с голодным демоном.

Первую жертву она нашла в лице дряхлого старика, у которого не было ни единого шанса, поскольку он спрятался в ближайшей палатке. Он попятился назад, ужас заполнил его широкие, налитые кровью глаза.