Мы поспешили вниз по тропе, разделявшей армию, и мое внимание сосредоточилось на Райкере, который шел по тропе с решимостью в золотом взгляде. Несмотря на наш поспешный выход, он выглядел как король-воин: одетый в темные, покрытые кожей доспехи, с пылающим мечом у бедра. Его заплетенные в косу волосы спадали между сложенными крыльями, усыпанными разноцветными перьями фейри.

Громкие голоса, наполнявшие долину, стихли, когда мы приблизились к надвигающимся големам. Уриэль, Михаил, Рафаэль и Селафиил… Варахиил, Габриэль и Иегудиил, должно быть, уже были за стенами. Уриэль стоял в центре четырех оставшихся големов, и именно перед ним мы остановились, опустившись в поклоне. Голем склонил голову в знак признательности и, наклонившись, протянул руку. Я настороженно взглянула на нее, вспомнив, как в последний раз была в его объятиях, но легкое прикосновение Райкера к моей руке подтолкнуло меня вперед, и мы вместе шагнули в ладонь голема.

Он выпрямился, подняв нас на уровень глаз, и я уставился в клубящиеся белые шары.

— Сын небес и дочь ада, готовы ли вы положить конец великой тьме, которая слишком долго омрачала эти земли?

— Да, — ответили мы с Райкером в унисон, и его рука крепче сжалась вокруг моей.

— Хорошо. Тогда, независимо от того, выживем ли мы или уйдем в Великое Запределье, давайте все вместе будем стремиться к этой цели.

Я вздрогнула, когда слова Уриэля вонзились в мою плоть, словно лезвия. Райкер отпустил мою руку и, приблизившись к краю ладони Уриэля, заговорил на своем родном языке. Несмотря на то что я не понимала слов, по телу пробежали мурашки от убежденности, прозвучавшей в его послании. Все глаза в долине устремились на своего короля, надежда и решимость наполняли их взгляды, несмотря на понимание того, что многие, если не все, никогда не увидят свет нового дня. Мои глаза горели, но я не позволяла слезам вырваться наружу, и с последним словом Райкер обнажил меч, зажег божественное пламя и поднял его ввысь, возвысив голос в боевом кличе. Весь его народ откликнулся, крича и ликуя в пылком согласии.

— Хорошо сказано, сын, — сказал Уриэль, положив руку ему на плечо. Райкер вновь убрал меч в ножны, вернулся ко мне, и мы вместе шагнули на широкое плечо голема. Уриэль опустил руку, и, жестикулируя своим собратьям, они двинулись вперед.

Я покачнулась, ухватившись за прядь каменных волос, чтобы не упасть. Рука Райкера обвилась вокруг моей талии, поддерживая меня с другой стороны, и я прильнула к нему, не желая отпускать.

Крики ярости и страха раздались вдали, когда голем приблизился к дальней стене Лехавы и резко остановился. В унисон они сложили ладони и склонили головы, словно молясь.

— Что… — земля под нами задрожала, и Райкер крепче сжал меня, а его крылья расправились, удерживая нас на месте. В черной стене появилась глубокая трещина, и грохот земли усилился. Мои глаза расширились, когда трещина стала глубже и шире, и камень отделился, за исключением верхней и нижней части. Поверхность скалы искривилась, камни и грязь посыпались на землю, а растущая дыра в стене превратилась в гигантский каменный круг, открывая взору выжженный пепельный лес и сражающиеся на другой стороне армии.

Земля затихла, и к каменному кругу подошли несколько Чужеземцев — десять старейшин в том числе. Каждый из них держал на ладони нож и, проведя лезвием по коже, своей кровью рисовал на камне руны. Небольшое пространство в центре круга начало мерцать и пульсировать. Сначала медленно, но с каждой новой руной эффект усиливался и нарастал, пока не заполнил все отверстие, скрыв мертвый лес и тех, кто защищал свой дом по ту сторону.

Последний Чужеземец подошел, добавил свою руну к вратам, и пространство в центре затвердело и замерло. По ту сторону портала появилось серое небо, похожее на то, что окружало нас, а первые лучи солнца осветили сцену, словно огонь. Я прищурилась от яркого света. Насколько хватало глаз, простирались заснеженные поля, вдоль которых ряд за рядом стояли бесчисленные големы со светящимися красными глазами. Вдали возвышались белые стены Эмпирийского города, дразня нас, осмеливаясь приблизиться к королеве ада, спрятавшейся за их защитой.

Уриэль грозно зарычал, от чего у меня клацнули зубы.

— Так вот что стало результатом предательских и эгоистичных действий Утира. — вокруг нас раздалось рычание других архангелов, оказавшихся в ловушке, и я чуть не свалилась с плеча Уриэля, когда он бросился вперед. — Покончим с этими мерзостями, братья!

Их одобрительные крики разрушили утреннюю тишину, и земля задрожала под их шагами, когда мы проскочили через портал, а я изо всех сил вцепилась в каменные волосы Уриэля. Когда я устояла на ногах, Райкер отпустил меня и взлетел в воздух рядом с атакующим големом.

Каменная армия Лилит закричала в ответ, подняв массивные мечи, и бросилась навстречу своим гигантским собратьям. Пронзительный звук разлетающихся камней разорвал воздух, пронзив мои барабанные перепонки, и я вздрогнула. С каждым шагом Уриэля все больше големов падало, рассыпаясь в пыль под его ногами.

Фейри пронеслись между архангелами, наполнив небо своими яркими красками. С пронзительными криками они бросились на штурмующую армию големов. У меня перехватило дыхание, и я замерла, наблюдая, как существа превращаются в гигантских существ, светящихся разными цветами. Они были настолько яркими, что я едва могла рассмотреть их истинные формы: гигантские светящиеся шары, покрытые щупальцами света, похожие на миниатюрные солнца… дети солнца! Именно так представился Тенебрис. Каждый голем, соприкоснувшийся с ними, рассыпался от их прикосновения, и во мне зародилась надежда.

— Калеа. — голос Райкера вывел меня из транса, и я посмотрела направо, где он парил рядом с Уриэлем. — Найди Лилит.

Дрожа от адреналина, бурлящего в моих венах, я кивнула. В отличие от окружающих, нам с Райкером нужно было сосредоточиться только на том, чтобы добраться до Лилит. Я крепче ухватилась за Уриэля и закрыла глаза, соединяясь с землей. Окинув ее взглядом, я потянулась к ней в поисках сущности, которая должна была положить конец всему этому. Найти ее оказалось несложно. Там, в центре дворца, мимо тысяч големов и имперских солдат, сгустилась черная клубящаяся сущность.