Мое сердце забилось сильнее.

Пять домов.

Я видела ритуал, наблюдала, как обновляют защитные чары кровью Огня, Света, Пустоты, Иллюзий и Земли. Не было нужды ограждаться от Дома Крови — его больше не существовало.

Теперь он был.

Кайдо скользнул по моей руке, обретая форму идеально острого кинжала. Я поднялась и двинулась вперед, туда, где Осрик раздавал приказы, прячась за троном. Аню я потеряла из виду, но найду позже. Сейчас предстояло убить.

Кто-то преградил мне путь. Я встретилась взглядом с ошеломленными, темно-синими, как полночь, глазами.

— Ты жива, — прошептал Каллен. Маска его безразличия рухнула, обнажив бурю чувств. Он медленно, с дрожью в пальцах, коснулся моего лица.

Темно-красная сила змейками извивалась над моей кожей, и я увидела момент осознания в его глазах. Он сглотнул.

— Отойди.

Его меч вспыхнул в свете факелов, и я инстинктивно дернулась, но он не нападал на меня — он отразил удар, что летел мне в спину. Чужое оружие с лязгом упало на пол, и в тот же миг меч Каллена пронзил грудь солдата Дома Света.

Второй раз за сегодня я видела, как он убивает в этом зале. Но сейчас он был другим. Он тяжело дышал, а в его глазах полыхала ярость. И он сделал это… ради меня.

— Иди, — резко сказал он, срывая с груди опаловую брошь и швыряя её на пол. — И удачи.

Я не стала спрашивать, почему. Для этого еще будет время. Я продолжила путь к возвышению, где все еще прятался Осрик. Вокруг бушевала битва: солдаты Иллюзий и Света сражались с восставшими из Домов Огня и Земли. Пол был покрыт кровью, становясь предательски скользким, но мой небольшой рост оказался преимуществом — я лавировала между бойцами с легкостью.

В зал ворвались новые солдаты в черных одеждах Дома Пустоты. Они приблизились к войскам Дома Земли… и встали рядом с ними, повернув оружие против королевской армии.

Друстан был прав: Дом Пустоты затеял собственный переворот. Возможно, он не должен был начаться так, но вот они, готовые убивать.

А там, посреди побоища, Каллен загонял свой меч в грудь Роланда, пока Друстан отражал очередной удар принца Света. Их взгляды встретились. На миг. Затем Друстан кивнул, и они встали спина к спине, отбиваясь от нападающих.

Я все еще кипела от гнева на Друстана, но теперь понимала то, чего не осознавала раньше. Он знал, что у Огня и Земли остались войска. Он знал, что Твари ждут сигнала. Возможно, он спас свою жизнь из эгоизма… а может, потому что знал — в решающий момент его меч окажется нужен.

Я не была уверена, что смогу его простить.

В поле зрения мелькнуло что-то острое. Топор, несущийся прямо к моей голове. Я не успевала уклониться. Если бы только нападавший был медленнее…

И он замедлился. Рука солдата лениво опустилась, его глаза расширились в шоке.

Кровавая магия управляла телами. Значит, теперь и я управляла телами.

Я приказала ему замереть, и он повиновался. Гранатовые всполохи заструились по моей коже, когда я сосредоточилась на остальных, сковывая их, чтобы восставшие могли добить врагов.

Скоро я осталась одна у дальней стены, всего в двадцати шагах от трона. Король стоял за ним, окруженный двумя стражниками, но оружия в его руках не было. Ему не требовался меч. Стоило кому-то из повстанцев приблизиться, как он начинал шататься, теряя ориентацию и падая под удары его солдат.

Зал был защищен от любой магии… кроме его. И моей.

Твари подбирались ближе, но я не могла ждать. С каждой секундой все больше восставших гибли под натиском воинов Иллюзий и Света.

Я собрала всю мощь своей новой магии и велела его стражам остановиться.

Они замерли, мечи подняты, лица застыли в немом ужасе. Осрик продолжал плести иллюзии, даже не замечая, что его защита больше не движется.

Я бросилась вперед, беззвучно ступая по липкому от крови полу.

Запрыгнула на возвышение и без колебаний вонзила кинжал в одного стражника, затем в другого. Кайдо пел в моем сознании, его лезвие жадно поглощало жизнь, а их тела бесшумно оседали на камень.

Я оказалась совсем рядом с Осриком, едва не касаясь его богато расшитой туники. Он пах приторной, сладкой смертью.

Я протянула руку и перерезала ему горло.

Осрик рухнул возле трона, судорожно прижимая ладонь к кровоточащей ране. С каждым ударом сердца новая порция крови вырывалась из-под пальцев.

Его фиолетовые глаза метнулись ко мне, полные ужаса. Впервые за долгие месяцы мучений и боли он испугался.

Я улыбнулась.

Жестокая, яростная радость пронзила меня, становясь всё сильнее с каждой новой каплей крови. Осрик попытался снова подняться, но я схватила подол платья свободной рукой, подняла тонкую ткань и с силой ударила его ногой в грудь. Он повалился навзничь с хриплым вскриком.