Северные Врата. Это название эхом звучало в её голове, как крохотный маяк в бескрайнем мраке. Аня понятия не имела, где искать эти Врата, но не могла позволить себе остановиться. Слова Бессмертного были ясны: выбора у неё нет. Мешок со свитками, надёжно прижатый к груди, стал её опорой. Казалось, вся её жизнь, вся надежда теперь сосредоточены в этих древних пергаментах.

Деревья сомкнули кроны над её головой, погружая лес в непроглядную тьму. Здесь не было ночи или дня — только застывшая, плотная, как смола, мгла. Каждый шаг давался с усилием, будто она шла по зыбкому болоту, которое лишь притворялось землёй. Аня опиралась на стволы деревьев, чувствуя их холодную, чуть шершавую поверхность, чтобы не потерять равновесие. Её тело, истощённое днями пути, становилось слабее с каждым часом. Даже простое движение казалось подвигом.

Голод вскоре стал её постоянным спутником. Её желудок ныл от пустоты, а сухие травы, лежавшие в мешке, не могли утолить голод. Она наткнулась на несколько кустов с ягодами, но плоды оказались мелкими, сухими, с терпким, почти горьким вкусом. Каждая горсть ягод обжигала язык, но даже это казалось подарком в этом мрачном мире.

С каждым часом лес становился всё враждебнее. Шорохи, сначала редкие, теперь стали преследовать её на каждом шагу. Ветви деревьев дрожали, хотя ветра не было. Из тени выныривали тёмные силуэты, исчезавшие так же быстро, как появлялись. Иногда ей казалось, что за спиной мерцают глаза — светящиеся, настороженные. Аня старалась не оборачиваться, но чувство, что за ней следят, становилось почти невыносимым.

Лес дышал. Он жил, наблюдал и не отпускал. Аня сжала мешок крепче, словно пытаясь через ткань почувствовать силу свитков, но даже это не могло разогнать тяжёлую тишину внутри неё.

Под вечер, когда длинные тени деревьев смешались с ночным мраком, она услышала едва различимый хруст веток за спиной. Она остановилась и резко обернулась. Ничего. Лес выглядел пустым, но напряжение в воздухе стало ощутимым.

Неожиданно из кустов выскользнули существа. Их тела были покрыты густым мехом, лапы передвигались бесшумно, а глаза светились зловещим зелёным светом. Их тонкие, вытянутые морды скалились в угрожающем оскале. Они окружили её, издавая низкое рычание.

Аня почувствовала, как её сердце бешено заколотилось. Она подняла руки, сосредотачиваясь на внутренней силе. Сначала ничего не произошло, но потом в её ладонях вспыхнул фиолетовый огненный шар.

— Убирайтесь! — выкрикнула она, метнув шар в ближайшее существо.

Вспышка света разорвала темноту, и громкий взрыв обратил большую часть существ в бегство. Они завизжали и бросились врассыпную, но несколько самых смелых остались, злобно рыча. Однако их глаза больше не светились яростью. Постояв ещё мгновение, они скрылись в тени, растворившись в ночи.

Аня тяжело дышала, чувствуя, как её ноги подкашиваются. Использование Силы опустошило её до предела, и теперь каждое движение давалось с трудом.

Утро встретило Аню звуками капель росы, падающих с листьев, и тихим шелестом невидимых обитателей леса. Однако, вместо облегчения, новый день принёс с собой лишь новые испытания. Лес, словно ощутив её слабость, казался более угрожающим. Деревья с толстыми, переплетёнными корнями вздымались, как гигантские стражи, охраняющие тайны этого мира. Их кривые ветви свешивались вниз, образуя свод, под которым Аня чувствовала себя крохотной и беспомощной.

С каждым шагом двигаться становилось труднее. Кусты, густые и колючие, цеплялись за её одежду, ветки хлестали по лицу, а узкие тропы исчезали в плотной чащобе. Мох под ногами становился скользким, а скрытые под ним корни всё чаще заставляли её оступаться.

Аня остановилась, прижав руку к груди, чтобы унять бешеный ритм сердца. Её взгляд упал на стену зелени впереди. Корни деревьев и кусты сплелись в неразрывный клубок, преграждая путь. Она обошла одну сторону, затем другую, но чаща неумолимо сужалась, как капкан, отрезая ей возможность обойти преграду.

— Зачем? Почему сейчас? — прошептала она, чувствуя, как отчаяние сжимает горло.

Её руки задрожали. Но вместо того, чтобы поддаться панике, она крепче стиснула зубы.

"Я не могу сдаться. Никогда," — подумала Аня.

Она вызвала "Небесный клинок". Легкий трепет пробежал по её ладони, когда меч появился, излучая призрачный фиолетовый свет. Он казался одновременно реальным и нереальным, словно кусок самой магии, вырванный из небытия. Крепко сжав рукоять, Аня начала разрезать кусты и корни, которые преграждали ей путь.

Каждый удар был точным, каждый взмах — пронизан усталостью и отчаянной решимостью. Корни падали, словно паутина, кусты осыпались в стороны, но с каждым движением силы покидали девочку всё быстрее. "Небесный клинок" пульсировал в её руке, словно предупреждая, что долго она так не продержится.

Когда последний корень рухнул, открывая узкий проход, клинок погас, словно устав больше, чем она сама. Аня тяжело опёрлась о ближайшее дерево, пытаясь восстановить дыхание. Её тело дрожало, ноги едва держали, а в ушах звенело от перенапряжения.