– А для чего люди ходят в бордели, принцесса? – Аша с наигранным удивлением ответила вопросом на вопрос, вызвав у Оберина смешок. – Мой экипаж устал после длительного перехода и ему нужен был соответствующий отдых, так что я сняла один из самых лучших борделей столицы. В разгар праздника к нам и явился лорд Ренли, которому не понравилось, что одно из его любимых заведений разгромили. Именно тогда мы впервые обменялись угрозами...

– Как романтично! – Вставила свою шпильку Нимерия, но была проигнорирована.

– А потом пара бутылок вина, богороща, бескрайнее звёздное небо и только мы вдвоём. – Договорила Аша, допив вино в кубке и с вызовом посмотрев на окружающих дам.

Неизвестно, что хотела сказать на подобное леди Ним, но она подавилась собственными словами и идеями. Вместо неё слово взяла та, от кого это ожидалось в последнюю очередь. Да и с вопросов под стать.

– А как Вам лорд Ренли, миледи? – Скромно поинтересовалась Тиена, тут же поймав на себе явно несколько неодобрительных взглядов сестер.

– Прекрасен, миледи. – Аша показательно и мечтательно улыбнулась. – Умён, высок и статен, красив, как мужчина хорош и весьма плодотворен.

Пока Бейлон незаметно для всех балансировал внутри между постижением новых глубин стоицизма и желанием утопить кого-нибудь, а остальные присутствующие обменивались понимающими взглядами и ехидными улыбками, явно придерживая очередной провокационный вопрос, Грейджой сама решила перейти в наступление.

– Признаться, принцесса… – Арианна с удивление взглянула на Ашу, явно не ожидая от той такой прыти. – Я невероятно благодарна судьбе за то, что Вы отказались от брака с лордом Ренли. В противном случае мне пришлось бы примерять роль разлучницы, а это явно посеяло бы вражду между нашими родами… особенно, учитывая то, как Вам не везёт с женихами.

Лицо Арианны окаменело, а Грейджой показалось, что она вот-вот услышит скрип плотно сжатых и стираемых зубов.

– Действительно... – слово взял принц Оберин, обменявшись нечитаемыми взглядами со своим старшим братом, чтобы спустя мгновение продолжить, – ... но меня интересует другое, если не сказать, что восхищает...

Оберин перевёл свой взор на Бейлона. Глаза, в глубине которых заблестело пламя, встретились с холодом и мраком морских глубин.

– ... то, как согласился на этот брак лорд Бейлон. С такой лёгкостью, словно это не Вы подняли восстание против Роберта Баратеона. Восстание, в котором погибли Ваши старшие сыновья, а младший стал до конца Ваших дней пленником в Винтерфелле. Выдать дочь замуж за младшего брата того, кто повинен в смертях многих из ваших родичей, друзей, соратников... подобного я ожидал бы от кого угодно, но только не от Вас.

Оберин продолжал лучиться доброжелательностью и гостеприимством, но его уста порождали яд такой силы, что многие в зале уже начали явно волноваться… лишь Доран продолжал хранить спокойствие, изучая немигающим взором реакцию гостей. «Очень зря» - поймала себя на мысли Аша, дав возможность слуге подлить ей вина и отщипывая виноградинку с кисточки на ближайшей тарелке. Отец ведь ответит…

– Да, я поднял восстание против Роберта, принц Оберин. – Отец смотрел прямо в глаза Красному Змею и говорил спокойно, но с явным вызовом. – Мои сыновья погибли как воины, с оружием в руках. И когда война была проиграна, я встал на колено перед Демоном Трезубца, признав его своим королем. Мы оба заплатили железную цену, принц Оберин.

– Железную цену? Наслышан. – Оберин явно стал распалятся, заставив почти всех окружающих потупить взоры. – Ведь в угоду Роберту была изнасилована и убита наша с Дораном сестра, как и племянники. Их тела завернули в знамена...

– Достаточно! – Громко потребовал Доран, оборвав наметившийся спич брата. Глупо и несвоевременно, отметила про себя Аша. Оберин явно начинает загораться не перед тем человеком. – Прошу прощение за это...

– Тогда почему Ваши враги ещё живы, принц Оберин? – Бейлон, словно не слышал Дорана, продолжлал давить взглядом Оберина. – Как так вышло, что я убил больше Ланнистеров, чем Вы?

В зале повисла напряжённая и агрессивная тишина. Сказанное её отцом, совершенно точно не понравилось многим окружающим, особенно Оберину и его ненаглядным змейкам. Но с правдой сложно спорить, не так ли? Оберин пыхтел, играл желваками, силясь выдать достойный ответ, но красноречие явно покинуло его в сей момент.

– И Вы ошибаетесь, говоря, что я выдаю дочь замуж. – Неожиданно для всех продолжил Бейлон, ловя на себе уже удивлённые взгляды, в том числе и дочери. – Аша сама приняла решение, и в моей власти было поддержать либо воспрепятствовать. А в таких вопросах я всегда руководствуюсь интересами семьи. Партия с лордом Баратеоном крайне выгодна для Железных островов и отказываться от подобного – глупость. И именно глупость была бы настоящим предательством памяти моих сыновей, убитых в борьбе за будущее нашего дома и Железных островов.