– Марик.

Стоило только двери закрыться за принцем, как я повернулся к своему оруженосцу, который продолжал невозмутимо стоять у меня за правым плечом, явно гадая, зачем я вообще потребовал его присутствия при данном разговоре. Юноша вышел вперед, и поклонился.

– Попроси Алларда приглядеться к нашему чернокожему другу и подружиться, очень крепко подружиться. Все накладные расходы я компенсирую с лихвой, пусть не экономит.

На лице Марика проблеснуло понимание ситуации и тонкость задания.

– Как Вам будет угодно, мой лорд.

Интерлюдия III

Внушительная кавалькада всадников и крытых повозок неспешно проезжали через гостеприимно распахнутые ворота загородной резиденции владык Дорна. Водные Сады – чудесный дворцовый комплекс с многочисленными фонтанами и прудами, построенный из розового мрамора на берегу Летнего моря и утопающий в лимонных и апельсиновых рощах. Цветущий оазис посреди песков и жемчужина Дорна, центр культуры и политики юга Семи Королевств, с которым заметно контрастировали так спешно прибывшие из Солнечного Копья гости. Скупость эмоций и движений. Нарочито простые, но качественные одежды с обилием железа и бронзы. Суровые лица и цепкие глаза, что щурились под палящим южным солнцем.

Аша в очередной раз усмехнулась, открыто издеваясь своей фирменной дерзкой улыбкой над непривыкшими к местному климату лордами и леди Железных островов, что поперлись за её отцом на прием к дорнийским принцам. А таковых было немало. Харлоу, Гудбразеры, Блэктайды, Драммы, Ботли, Орквуды, Сандерли, их вассалы и прочие малые дома, что решили присоединиться к своему сюзерену в «походе» на Королевскую Гавань, тем самым раздув флот Грейджоев до более чем семи десятков разномастных судов, что изрядно замедлило путешествие. Большая часть этих кораблей, впрочем, столицы не достигнет, направившись после Дорна в устье реки Слейн за зерном и прочим полезным грузом, за который, если говорить формально, Ренли и выменял Ашу.

«Хоть не за стадо овец… и то хорошо» - промелькнула мысль в голове Аши. Сочетание самой мысли, заложенного в ней абсурда и знаний о том, как проходили «торги», изрядно развеселило девушку, отчего юная Грейджой не смогла сдержать короткий смешок и улыбку, тут же получив от принявшего всё на свой счёт отца хмурый взор. Но ни колкого вопроса, ни гневной проповеди не последовало, так как в среде встречающих делегацию отважных мореходов уже были доверенные лица дорнийского принца, пригласившие лордов и леди следовать за ними.

Слуги повели процессию гостей через обширный внутренний двор, заполненный ухоженными деревьями и сообщающимися бассейнами, в которых плескались чернявые детишки, которые, нет-нет, но в порыве детского любопытства срывались с мест да провожали мимо проходящих и так необычно выглядящих для них людей. И надо сказать, что детей тут довольно много. В Дорне считается показателем успеха и влияния направить своё чадо на обучение и воспитание в Водные Сады, где для этого созданы все условия. Детишек учат письму, математике, литературе и поэзии, музыке и философии. Не брезгуют отправлять сюда детей и магистры из вольных городов, высоко ценя двор дорнийских принцев. Широкие контакты и откровенная дружба Мартеллов и многих знатных родов вольных городов – хорошо известный факт. И связано это или нет, но Мартеллы уж очень давно не испытывают острой нужды в золоте.

Внимательно рассматривая загородную резиденцию повелителей Дорна, Аша скользнула взглядом по спине шедшего впереди отца, невольно задержав свой взор. Жизнь её семьи стремительно меняется. Обстоятельства, казавшиеся незыблемыми и непреодолимыми, рассыпались мокрым песком, открывая новые и доселе невиданные перспективы. И горести.

Отец принял решение о женитьбе Аши и Ренли Баратеона на следующее утро после возращения Грейджой из столицы, объявив об этом во всеуслышание и назначив Родрика своим представителем в переговорах с Баратеонами. Это стало большой неожиданностью не только для девушки и лорда Харлоу, но и для всех. Абсолютно всех. Народ был поражён показательной покорностью Бейлона Храброго и столь «вопиющим», как многие хотели это истолковать, нарушением Старого закона.

В течение следующих недель, пока велись переговоры, в ходе которых Ренли заработал себе много лестных эпитетов из серии «клятый торгаш», и готовились корабли, в Пайк стали стягиваться все основные знаменосцы Дома Грейджоев. Не только для того, чтобы выяснить все обстоятельства такого резонансного дела, но и чтобы вскоре присоединиться к дальнейшему путешествию в столицу. Благодаря этому Аша воочию смогла узреть и оценить пропасть, разделяющую её народ друг от друга. Многочисленные Харлоу и Гудбразеры, Блэктайды и Ботли довольно искренне поддержали решение своего сюзерена, выразив открытую поддержку, тогда как Орквуды, Драммы, Айронмейкеры и Винчи, напротив, яро возражали, не опускаясь разве что до прямых претензий и оскорблений, но всё равно ходя по довольно рисковой грани. Они выказывали своё недовольство так явственно и упорно, словно их мнение действительно кто-то собирался учитывать. Ах да! Отказываться от путешествия никто из них, естественно, не стал. Была, конечно, и третья группа – дома, которые по тем или иным причинам не желали присоединяться к одному из сформировавшихся лагерей. Они просто «дрейфовали», выискивая для себя политические прибыли или более влиятельных покровителей.

Однако, чем больше благородных болванов вмещал в себя Пайк, тем быстрее и сильнее рос градус препирательств и споров. Сперва это удивляло Ашу, но удивление быстро сменилось нескрываемым раздражением. Наконец, всё переродилось в гнев. Каждый захудалый лордик, не имеющий за душой ничего, кроме какой-нибудь сгнившей ладьи, считает, что вправе рассуждать, как и за кого стоит выдавать замуж дочку сюзерена? Гнев был единственным возможным ответом… и не сказать, что Аша была одинока в своей позиции. Подобные разговоры велись столь беспардонно и нагло, что порой не выдерживал и сам Бейлон, стремительно опуская зарвавшихся вассалов. Со временем, конечно, накал страстей стал неумолимо угасать… пока в Пайк не заявился ещё один дядя Аши – Эйрон Мокроголовый.