Наиболее категоричные мнения высказывались людьми с Запада и Речных земель. У западников с железнорождёнными сложные отношения, граничащие с кровной враждой. Что вполне понятно. У речников наблюдается нечто подобное, хотя их негатив уже успел остыть. Ну как «остыть»… градус всё ещё достаточно высок, чтобы не упоминать о том, что многие благородные дома из Речных земель, так или иначе, обязаны своим существованием именно железнорождённым. И как бы многие «речные аристократы» не замалчивали лишний раз своё родство с островитянами, стремясь вывести свою генеалогию в седую древность, подальше от Хоаров и их вассалов, но факты остаются вещью крайне упрямой. Порой кажется, что речникам лишь бы прислониться к кому-либо. «Вдруг перепадёт что-то из рук Ланнистеров?» - вопрос, который я сейчас вижу в действиях и бездействиях многих из них. Неприятная публика.

В общем, яркими противниками «предстоящего возможного» родства Баратеонов и Грейджоев стала партия Ланнистеров, негласным лидером которой стала сама королева. Многие считают её проводницей воли своего отца, но это не совсем так. Даже немного наоборот. Тайвин, в том числе за счёт своей дочери, всегда в курсе телодвижений при дворе своего дорогого во всех смыслах зятя и в известной доле зависит от того, как Серсея изложит тот или иной факт.

Моё окружение и те из лордов Штормовых земель, что регулярно вертятся при дворе, отнеслись к подобным слухам спокойно, чему я был несказанно рад. Ведь эти слухи распускались в первую очередь для того, чтобы прощупать моих собственных вассалов. Для них, как и для большинства, Грейджои – такие же феодалы, как и они. Разве что веры другой, но это не так уж и страшно. А что? Старки тоже не особо веру в Семерых жалуют. А на то, что у Грейджоев, как и у всех железнорождённых, имеется заслуженная репутация пиратов, жителям Штормовых земель да и, как я полагаю, всем жителям восточного побережье королевства откровенно плевать. Грейджои далеко, и чем они там занимаются никому не интересно. Это проблемы Ланнистеров, Тиреллов и Боги знает кого ещё. Тем более, все в Штормовых землях знают весьма уважаемый Дом Тарт. Знают и то, что он родственен Харлоу. Королева Алисанна в своё время поспособствовала браку между двумя этими домами, и ничего страшного не произошло. Так почему сейчас нечто плохое должно вырасти из брака Баратеона и Грейджой?

Другое дело, если бы я и впрямь попытался заключить брак с кем-либо из дорнийской аристократии. Вот тут я бы столкнулся с таким неприятием собственных вассалов, что это могло бы подорвать мой авторитет в собственной вотчине. Между дорнийцами и жителями Штормовых земель крови столько, что ей можно заполнить парочку высохших морей в Эссосе. Настоящая кровная вражда. Антагонизм, который и не снился Западу и Железным островам, между которыми редко, но бывают контакты, общение, даже браки. В Штормовых землях, в Дорнийских марках особенно, отношение к дорнийцам, примерно такое же, как у северян к одичалым. Для них это тупо не люди, которых желательно сразу же зарезать при встрече. Это обоюдная любовь немного причесалась за два столетия жизни в одном государстве, но никуда не делась.

С подобным отношением я вполне мог бы столкнуться и попытавшись заключить брак с иностранкой. У меня проскальзывали идеи, в том числе и вслух, о молодых девушках из вольных городов, ведь у магистров и морского владыки также есть дочери, внучки и богатое приданное. Но вестероская знать, как более-менее единый организм, очень не любит, когда кто-то из них сочетается узами брака с представительницами вольных городов. Опять же, за исключением дорнийцев, что не прибавляет им очков любви и признания среди других подданных короны. Эссосцы в силу разных причин заслужили не очень хорошую репутацию нуворишей, беспринципных и подлых людей, которым стоит только почувствовать твёрдую землю под ногами, как они сразу же начинают грести всё под себя, ни с кем не считаясь и, в конечном счёте, губя всё, до чего касаются. Эссосцы, в местном понимании, это люди, слову которых верить ни в коем случае нельзя, и особенно это касается женщин. И ведь у всех на виду яркие примеры! Серала Дарклин по прозвищу Кружевная змея, которая, выйдя замуж за лорда Дарклина, своими интригами погубила весь его род. Тиана Пентошийская, третья жена Мейгора Жестокого, оставшаяся в памяти народа колдуньей и госпожой над шептунами, погубившей множество людей. Любовница Деймона Таргариена, Мисария, известная как Бледная пиявка, также отметилась при Рейнире, самым разным и неприятным. Ларра Рогаре, на которой заставили жениться Визериса III, и которая наделала шуму. А что? Двенадцатилетний пацан явно был не против общества девятнадцатилетней красотки, которая абсолютно не хотела принимать ни культуру, ни язык нового дома. Фаворитки Эйгона IV Недостойного – Беллегера Отерис, она же Чёрная жемчужина, и Серенея из Лиса, она же сладкая Серения. Для вестеросцев утвердилась мысль, жена с востока - предвестник несчастья и беды.

Тем более, что вестероская знать своих эссоских «коллег» не считает за равных от слова «совсем», вполне справедливо полагая, что в вольных городах элита – выходцы из «подлого сословия». Торговцы, судовладельцы, цеховики и пираты. И прежде чем кто-то подумает о благородных вестеросцах с аналогичной репутацией, нужно вспомнить и понять, что одно дело, когда ты – лорд, решивший заняться пиратством, но совсем другое, когда ты – пират, добравшийся до верхушки власти, ставший магистром и с чего-то вдруг мнящий себя равным аристократам. В любом случае и с какой стороны не зайди, а брак с восточной девушкой в глазах аристократии Семи королевств вполне может считаться мезальянсом, что в дальнейшем, будь то через десять лет или поколение, может и выльется в очень неприятные последствия. К слову, не пора ли вновь вспомнить дорнийцев? Вот вам и одна из типичных схем того, как они показывают всем, какие же они самобытные и независимые, уникальные снежинки. Пребывая, при этом, в политической изоляции, в которую сами себя загнали.

Однако, сплетни сплетнями, но, весьма неожиданно, пущенный мною слушок сильно взволновал западников, в том числе и их лидера – Серсею Ланнистер…

– Господин.
– От размышлений меня отвлёк Вигмар, что жался у входа в кабинет.

Буквально несколько минут назад у меня был разговор с Бриенной. Ничего особенного – обычный еженедельный доклад леди-юстициара. Стоит отметить, что леди Тарт отлично справляется с возложенными на неё обязанностями. Принципиально борется со всяким проявлением пренебрежения к королевским законам, прямолинейна и неподкупна. Многие могут аргументированно возразить, что это не самые хорошие качества для королевского чиновника, но лорд-дознаватель Байуотер прекрасно сглаживает углы в рабочем процессе. Скажем так, «злой и добрый милиционер».

Сыграло вскоре свою роль и то, что, видя отношения главного дознавателя со мной, к Байуотеру стали обращаться за помощью и услугами разного характера. Благодаря этому я смог разжиться некоторым количеством должников и информаторов. Благо, что как с леди Бриенной, так и с сиром Джоселином, мы предусмотрительно обсудили эти моменты ещё на берегу, дабы исключить внутренние конфликты. Всё-таки «отношения в коллективе» для нас особенно важны – я их привлек отнюдь не только для формального исполнения должностных обязанностей, что оба отлично понимают. Они служат мне, а не королевству.

– Вас просит королевский гвардеец, милорд. – Вигмар, поймав мой заинтересованный взгляд, замялся, явно подбирая слова, чтобы продолжить. – И… там леди Бриенна… ну и…

– Я понял. – Резко встав из-за стола, я отправился навстречу гостю.

Окунувшись в бурлящие вокруг меня интриги и процессы, я не упускал из вида и своих подчинённых, в том числе и леди Бриенну. Откровенно говоря, я переживал за то, как она устроится и приживётся. Однако, к моему большому удивлению и облегчению, наследница дома Тарт показала себя с наилучшей стороны, в прямом смысле произведя фурор на местных.