Диагноз… бесплодие – выхватил взглядом самые главные слова.

Что я испытал в тот момент, когда Саша сказала, что ждет от меня ребенка?

Это было сродни удару молнии по тебе в безоблачный день.

Сперва, меня накрыло ужасом, неверием и болью.

Оглушило. Душу в клочья. На лоскуты.

И надо же было узнать такую новость в этом клоповнике – даже уйти поорать некуда… Я, как последний долбоеб, закрылся в ванной.

Впервые в жизни я испытывал такой страх. Всепоглощающий. Всеобъемлющий. Челюсти сводило. Зубами клацал, ощущая, как поскрипывает эмаль.

Потому что я знал, что отыщу ответ в ее глазах.

Сахарова ведь как мой брат Кирилл. Все на лице написано. Врать не умеет… А если даже попробует, я сразу уловлю в ее голосе фальшь. Вот этого я боялся больше всего – увидеть, что соврала.

Я несколько минут настраивался вернуться в комнату, обдумывая все варианты развития событий. Когда эмоции чуть улеглись, пришло осознание, что при любом раскладе я ее никуда не отпущу. И даже если это не мой ребенок, воспитаю как собственного.

Но стоило посмотреть в ее блестящие от застывших слез глаза…

Всего один взгляд.

Раз… два…

Тормоза отказали.

И на полной скорости.

В кювет.

Саша. Сашенька.

Как мне теперь вымолить у тебя прощение?

Сердце-то не обманешь…

Зажмурившись, я вновь отправил свою душу в полет.

– Я скоро рожу тебе ребеночка!

От этих слов у меня внутри все перевернулось, как во время свободного падения. Дыхание сбилось, будто в затхлой комнате, наконец, распахнули окна, пустив туда воздух.

– Почему-то уверена, у нас будет мальчик… Я всегда знала, что рожу тебе сына…

Я ощутил такую могущественную энергию в каждой клеточке своего тела, будто мог горы свернуть.

– Я же говорила, у нас идеальная совместимость…

Тем временем, все мое существо взрывалось и пульсировало, впервые за долгие годы узнав, что значит по-настоящему жить.

Я жил. И все вокруг было наполнено жизнью.

Артем Александрович, так что такое счастье?

Её запах. Её голос. Её взгляд. Её любовь. Плод нашей любви.

И да, за несколько дней до отъезда из Сочи, я обратил внимание, что Саша перестала принимать таблетки. Блистер сиротливо лежал на полке в ванной, а количество не уменьшалось…

Помню, как подумал, ну, чем черт не шутит? И промолчал.

Хотя, после трех лет безуспешных попыток с Катей, беременность на фоне противозачаточных казалась мне чем-то из области фантастики.

Зато теперь я узнал, какого это летать за бескрайний горизонт, не имея крыльев. Одна упрямая нежная девочка подарила мне их, и я сгорал от любви к ней.

Сахарова сидела у меня в голове обнаженная и упакованная ленточкой как самый долгожданный подарок. А я разрывался между желаниями нести нежность и романтику или нон-стопом заниматься с ней любовью.

Непроизвольно потянулся к сигаретам, однако тут же себя одернул, и вместо того, чтобы задымить, взял из сахарницы кусочек рафинада.

Гоняя его по мягкому небу, я открыл долбаную папку, с особым кайфом принимаясь вырывать лист за листом. Я рвал их на мелкие кусочки, испытывая желание петь, танцевать и смеяться, просто так, без причины.

Хотя, вру, мою причину звали Александра.

Девушка, способная притягивать чудеса в мою жизнь.

Несмотря на то, что я так и не смог сегодня уснуть, я чувствовал себя прекрасно, энергия била ключом.

А еще я испытывал такую глубочайшую любовь, что, казалось, могу спятить…

Увы, мне пришлось наломать немало дров, и пройти очень долгий путь, прежде чем все это осознать и разрешить себе быть счастливым. Стать источником счастья для моей будущей жены и нашего ребенка. Но я поклялся, что ради них в лепешку разобьюсь.

Не удержавшись, я снова потянулся к телефону.

– Как ты?

– Неважно. Лежу.

– Отдыхай.

Я посмотрел на залитое солнцем небо, переводя взгляд на свои руки.

Кожа на запястьях покрылась мурашками, будто за пушистыми облаками и ослепляющими лучами на краю горизонта притаилось нечто зловещее, способное спугнуть мое долгожданное счастье.

Звенящую тишину нарушил звонок по внутреннему телефону.