Полностью чёрные силовые доспехи, правая рука по локоть – аугметическая с небольшими щитками для укрепления слабых мест, левый наплечник серебряный с литерой "I", с черепом и костями генокрада. Этот воин один в один походил на тех, кто когда-то спас жизнь Виктории в Форте-Дерике. Огромный, величественный и бесстрашный. Рядом с таким воителем и себя ощущаешь персонажем мифов и легенд.

В этот миг плазменный шар расплавил бронированный щит, прикреплённый к стволу тяжёлого болтера и попал в лицо стрелку. Обезглавленный труп повалился на оружие и вывернул ствол в небо.

– Чего встала, дура?! – рявкнул заряжающий. – Хватай гашетку!

Если судить по шевронам, – рядовой. Если судить по обезображенному давними рубцами лицу, – ветеран. Получался какой-то вечный рядовой с наверняка отвратительной репутацией, но наказывать за нарушение субординации в нынешних условиях как-то совсем не к времени. К тому же выглядела Виктория неважно, и вряд ли хоть кто-нибудь разобрал бы, кто она такая.

Виктория прикоснулась к оружию и тут же отпрянула, – если бронированный щит на стволе частично исчез или расплавился, то остальная поверхность болтера нагрелась так, что обжигала даже сквозь перчатки.

– А-а-а, сука… – проворчал заряжающий, а потом протянул Виктории грязную тряпку, некогда бывшую его нарядным шарфом.

Виктория обмотала гашетку, опустила ствол болтера и оценила раскинувшееся перед её взором поле боя.

По всему выходило, что генокультисты растеряли бронетехнику во время прошлых штурмов, – ни одного танка или бронетранспортёра, они наступали под прикрытием переделанных шахтёрских грузовиков. И вроде бы отлично, гора с плеч – когда ещё к врагам подойдёт полноценное подкрепление? – но Виктория понятия не имела, смогут ли её товарищи отразить хотя бы такой штурм. Кто вообще остался в живых после бомбёжки?

И снова несвоевременные мысли. Думать надо было раньше.

Виктория дала длинную очередь по ближайшему грузовику. Тот не останавливался, Виктория сделала поправку и всё-таки вскрыла самодельное пулемётное гнездо, установленное на крыше машины. Реактивные снаряды тяжёлого болтера пробили металл и детонировали, превратив вражеского стрелка в облачко кровавого тумана.

Кабину водителя Виктория пробить не смогла, но зато зацепила нескольких пехотинцев, которые шли в атаку за грузовиком.

– Эй, куда?! – воскликнул заряжающий.

Но Виктория переключилась с ближайших целей на дальние, но зато те, которые можно было поразить с фланга. К тому моменту, как короб с боеприпасами опустел, Виктория положила две пехотных цепи. Со стаббером никогда не поймёшь, убил кого-то или просто тяжёло ранил, а вот при работе с болтером таких вопросов не возникало. Не поздоровится даже тем, кто оказался поблизости от снаряда во время его взрыва.

Пока заряжающий, собственно, перезаряжал оружие, Виктория схватила за руку незнакомого солдата и приказала ему занять место стрелка. Не её это дело вообще-то.

Виктория оглядела позиции.

Вслед за ней на второй этаж поднялась ещё дюжина бойцов. Они падали у некогда остеклённой стены и из положения лёжа обстреливали генокультистов из лазерных ружей, а также метали гранаты, если противники подбирались ближе. Время от времени некоторые бойцы посылали в небо осветительные ракеты, – темнело, и только падающие жёлтые звёзды пиропатронов не давали врагу скрыться в сумерках.

Несколько раз ухнуло автоматическое орудие. Космический десантник бил без промаха: один грузовик остановился, – его кабина напоминала решёто, из которого текла кровь, – другой даже воспламенился и зачадил.

Десантник положил орудие у ног, – боеприпасов к нему больше не было. Не было снарядов и к ручному болтеру, который десантник примагнитил к пояснице. У этого легендарного воина оставался только цепной меч.

И только Виктория подумала о том, что скоро и у наёмников начнутся проблемы с боезапасом, как она услышала возглас заряжающего:

– Бегут! Ха-ха! Бегут, суки!

Виктория опустилась на колено около обломка перекрытия, которое надёжно прикрывала её по грудь, а потом вытащила из футляра на поясе бинокль. Она перевела его на режим ночного видения и осмотрела местность.

Мир потерял все краски и стал чёрно-белым, но зато чётким, контрастным. Лишь полыхающая техника и осветительные ракеты размывали изображение.

– Всё, хорош! – воскликнула Виктория. – Стрельба пиропатронами только по команде!

– А ты кто такая вообще?! – окликнул её один из наёмников.

Виктория отряхнула рукав с шевроном, а потом произнесла:

– Капрал Виктория Рёд, первое командное отделение.