Ставка, в отсутствии "Адмирала Дерфлингера", находилась на борту фрегата "Триглав". Наверняка у Караула Смерти были дела поважнее, чем выполнять поручения инквизитора-легата, но такова власть Туонелы, – важные дела пришлось отложить.

Встреча произошла в Зале Славы среди множества трофеев и регалий. Трофеи – оружие и снаряжение всех известных цивилизаций чужаков, а также – куда без них? – черепа и кости вообще всех опасных инопланетных видов, распространённых в секторе Сецессио и за его пределами, от похожих на человеческие останки друкари или аэльдари и до совершенно чудовищных, размером с танк, а то и больше.

Как вообще можно одолеть тварь с головой, напоминающей ударную часть моргенштерна? И ладно бы толстые кости и острые шипы, но оно явно превосходило размерами имперского рыцаря! Чтобы упокоить подобную тварь, нужен орбитальный удар!

И всё-таки воинам Караула Смерти удалось совершить такой подвиг, а это лучшее доказательство их незаурядных способностей.

Караул представляла следующая троица: Рама Ярадж, Торгнюр Шумный и Хашутта бал Зейду. Если первых двух вы ещё можете представить, – я описывал их в прошлом рассказе, – то последний при появлении на захваченном "Тигре" не счёл нужным снимать шлем и вообще с кем-либо разговаривать.

Но то было тогда. Теперь, глядя на угрюмую физиономию, рассчитывать на то, что услышишь от Хашутты что-то приятное, не приходилось.

Чёрная кожа, квадратное лицо с такой огромной челюстью, что, скорее, кулак разобьётся, глубокие морщины на лбу, маленькие цепкие глаза под мощными надбровными дугами, волосы седые коротко подстриженные. На гостей Хашутта смотрел так, словно не наследников легиона встретил, а сопливых рекрутов, недостойных ступать по плитам Зала Славы.

На правом наплечнике символ – раскрытая книга с лучистой звездой, рвущейся со страниц. Он означал, что Хашутта произошёл из капитула Хранителей Тома. Маленькая же книжка с металлической обложкой была приторочена к поясу Хашутты. В то время как каждый воин-Саламандра ещё и ремесленник, кузнец, Хранители Тома – историки и мыслители.

К слову, с трудом представляю себе Хашутту с пером и папирусом или как он, например, стучит могучими пальцами по клавиатуре когитатора. С первого взгляда – прирождённый воин, головорез, даже мордоворот.

Все присутствующие были облачены в силовые доспехи, разве что оружие, скорее, для порядка, далеко не самое смертоносное из арсеналов той или иной группы космических десантников.

– Приветствую, Саламандры! – начала Туонела. – Слава о ваших деяниях гремит по всей галактике!

Инквизитор сложила руки на груди в знамение аквилы, немного склонила голову. Воины Караула ограничились кивками.

– Приветствуем и вас, госпожа! – вперёд выступил Бел’наг.

Слепота ничуть не мешала кодицию отыскать ту, с кем следовало разговаривать:

– В свою очередь, спешу заверить, что Саламандры чтят клятвы и готовы прийти на помощь Священным Ордосам, что бы от нас ни потребовалось.

– Рада слышать, что древние договоры для вас – не пустой звук. – Туонела сделала короткую паузу, а потом продолжила: – У Инквизиции на самом деле есть просьба.

– Мы слушаем, – произнёс Бел’наг.

Говорил он без подобострастия, но не без заинтересованности, как и следовало представителю влиятельной силы, которая не желала эту самую силу использовать без веской на то причины.

– Полагаю, ваш представитель в компании вольного торговца, – Туонела указала в сторону Котара, – передаёт информацию о ходе войны на Хелге-Воланте.

Бел’наг кивнул, Туонела произнесла:

– Тогда вас вряд ли удивит, что эта война непопулярна среди элит сектора. – Она окинула взглядом гостей, не дождалась реакции и добавила: – Результаты скудные, перспективы туманные, а потери… – Она вздохнула. – Если в сухопутной операции потери ещё укладываются в определённые нормативы…

Прошу прощения, вставлю комментарий. Потери куда-то там уложились по одной простой причине: никто не считал наёмников Хокберга, бывших пиратов и макроклады Дитрита.

– …то сражения в пустоте, несмотря на одержанные победы, иначе как "катастрофой" назвать нельзя, – продолжала Туонела. – Имперский Флот ослабел, и этот факт может повлиять на власть предержащих лиц, как уже повлиял на многих предателей, объявивших о выходе из состава Империума.

Саламандры оставались спокойны, тогда как Хашутта проскрежетал зубами, а Рама крепче перехватил рукоять бхуджа.