Транспорт потрясло в зоне турбулентности, но солдатам командного отделения удалось удержать завтрак внутри. Вокруг Виктории пусть и не такие ветераны, как Козырь или Марио, но те, у кого число боевых операций приближалось к первому десятку. И эти операции – не просто сражения с пиратами или ловля контрабандистов, а многодневные осады городов-ульев или штурмы орбитальных крепостей.

Лица угрюмые, но решительные. Наконечник копья заточен.

Самочувствие ухудшилось, когда их старенький "Арвус" попытались сбить, – это Виктория узнала по переговорам пилотов по внутренней связи.

Противник встретил десант бестолково, не залпом, а редкими выстрелами. Челноки и самолёты отстрелили тепловые ловушки, уклонились резким манёвром и сорвались в штопор.

В грудь врезались страховочные ремни, голова закружилась, накатила тошнота, но уже скоро неприятные ощущения схлынули.

Внутри десантного отсека замигали красные лампы и загорелись таблички "Приготовиться к высадке". Секундой позже и пилот предупредил по громкой связи:

– Держитесь крепче! Три… два… один…

Челнок тряхнуло, когда шасси коснулись скалобетона.

– С Богом-Императором! – воскликнул пилот.

– С Богом! – пожелала Виктория. – Удачи на обратном пути!

Пилот рисковал лишь чуточку меньше всех остальных, – ему ещё возвращаться, а там, возможно, культисты уже организуются и отстреляются куда результативнее.

Виктория отстегнула ремни и бросилась к выходу. Как и во всех прочих сражениях, именно она сделала первый шаг.

Небо взрезали очереди стабберов, то и дело проносились ракеты и снаряды, падали мины.

У Виктории не было времени любоваться красотами губернаторского дворца и всех его острых шпилей. Она сосредоточилась на том направлении, которое и собиралась оборонять.

Пригибаясь, Виктория забежала на разбитую позицию с лазерной пушкой. Пушка переломлена, закоптилась, рядом лежали посечённые осколкам трупы гвардейцев губернатора, порванные мешки с песком. Прилетела сюда мина крупного калибра, – ещё не артиллерийский снаряд, но тоже ничего приятного.

Виктория приподнялась над краем воронки и оценила положение.

Всего к губернаторского дворцу шли четыре дороги, выложенные каменными плитами. С каждой стороны нужно было преодолеть пять монументальных арок, покрытых искусными барельефами и свидетельствами былых триумфов. В пространстве между – памятники известным планетарным деятелям, фонтаны, клумбы с экзотическими растениями, которые, наверное, не встречались больше нигде на Брунталисе.

Ныне все архитектурные изыски и красоты проходили проверку на прочность. Дороги усеяны воронками, арки – отверстиями от попадания снарядов и пуль, ближайшая к позициям наёмников вообще обвалилась, перекрыв путь для машин бунтовщиков.

А те подъезжали без перерыва. Едва меткий выстрел из пушки в вихре каменной крошки убивал и ранил солдат одного подразделения, как на смену ему шло следующее. Виктория не увидела у культистов боевую технику, только гражданский транспорт, оставленный хозяевами на улицах охваченного войной города.

Много чего не было у здешнего культа генокрадов, но те брали другим. Магусы, патриарх, сам Великий Пожиратель через посредников подавлял страхи и чувство самосохранения рядовых бойцов, и те наступали, не страшась гибели. Культисты, усеяв дорогу ковром мёртвых тел, пожгли танки гвардии, взяли несколько укреплённых позиций и готовились преодолеть каменную гряду разрушенной арки, чтобы вырваться на площадь и там схватиться с наёмниками Хокберга.

По наёмникам уже стреляли, и если у вражеских зенитчиков ничего не получилось, то ракетчики поразили первую крупную цель. У заходящей на посадку "Валькирии" загорелась одна турбина и отчаянно взвыла другая, не в силах удержать транспортный самолёт в воздухе. Пилот потерял управление, и некогда грациозная машина закружилась в бешеном танце. Пилот и штурман катапультировались, а вот наёмникам внутри пришлось самостоятельно опускать рампу и прыгать с многометровой высоты без всяких парашютов. Одни переломали кости или разбились, другим не хватило духу сделать это, и самолёт, проломив каменное ограждение, отправился вниз, глубже в ненасытную бездну исполинского улья, где один уровень городской застройки громоздился на другой.

Виктория отдала приказ по воксу и отправила за ранеными санитаров, – вряд ли кто из лихих десантников уйдёт куда-нибудь на своих двоих.

Как бы то ни было, пока операция шла по плану. Всего один потерянный транспорт – допустимые потери.

Виктория спустилась чуть ниже в воронку, выхватила из рюкзака планшет и посмотрела, все ли подразделения заняли позиции. И получаса не прошло, как вокруг дворца образовалось новое кольцо защитников. Виктория кивнула оператору вокс-станции, чтобы тот усилил сигнал, а потом обратилась ко всем гвардейцам, которые всё ещё вели бой: