– Именно поэтому нам не стоит ждать того мига, когда некроны покончат с орками. Нужно напасть сейчас, пока враг не восстановил силы!

– Ещё не вся группировка в сборе, – проговорил адмирал дель Мархиос, поднёс трубку ко рту и только тогда понял, что ещё не набил и не прикурил её.

Старик имел в виду "Русалку" Пиу Де Бальбоа и "Палача проклятых", линейный крейсер типа "Армагеддон" из эскадры Оксель-Принцхорна. Эти корабли ещё не вышли из варпа… если, конечно, и вовсе там не сгинули.

Рама покачал головой и проговорил:

– При всём уважении, адмирал, ожидание может затянуться на неопределённый срок. Очень неопределённый.

Дель Мархиос сделал кислое лицо, но всё-таки принял ответ. Рама продолжил, указав ладонью на боевого брата:

– Мой брат Альбий Грим сражался с некронами в скоплении Фриа. Единственный выживший из отряда Караула Смерти, который участвовал в той операции. Сейчас он подробно расскажет вам об особенностях противостояния с ними.

Альбий подобрался к панели управления голостолом, вытащил из карманов на ремне несколько дисков и вставил один из них в специальный разъём. Он обернулся к слушателям и произнёс:

– Вашему вниманию я представлю записи, сделанные на борту эсминца "Каменное сердце". Бортовой журнал, стенограммы, показания авгуров, непосредственно голосъёмка с моими комментариями.

Альбий бросил взгляд на Авраама, а потом добавил:

– Эти материалы засекречены. Попрошу не распространяться.

3

Взрыв плазменного снаряда похож на звезду. Взрыв нескольких – ярость самого Бога-Императора!

Я наблюдал за сражением с капитанского мостика "Амбиции", находясь за тысячи лиг от плазменного ада, разразившегося на низкой орбите Отарио-II, но даже так ощутил приятное тепло на кончиках пальцев.

Огонь вёл крейсер "Tibi gratias ago Deus Mechanicus" магоса Аурума, "Армагеддон" из эскадры Оксель-Принцхорна, пара "Доминаторов" и один "Марс" дель Мархиоса.

Альбий здорово всех напугал рассказом о невероятной мощи вражеских излучателей, а потому битву начали с предельной дистанции, чтобы ослабить некронов перед неминуемым столкновением борт в борт.

Начало обнадёживало. И это ещё мягко сказано.

Когда пришли свежие данные с авгуров, оказалось, что вражеские фрегаты – вившиеся вокруг флагмана полумесяцы поменьше – перестали существовать. Мало какое эскортное судно переживёт буйство стихии… разве что летающая скала орков, вот и корабли некронов не смогли. Пирамиды и дольмены исчезли с обшивки, орнамент ядовитого цвета погас, корпусы переломило или оплавило. Один корабль вроде бы сохранил подвижность, но уже через несколько секунд врезался во флагман, засев в его поверхности, словно нож коварного убийцы.

Флагман некронов, к слову, тут же завершил бомбардировку Отарио-II и начал разворачиваться навстречу новой угрозе. Никаких признаков серьёзных повреждений, только обшивка раскалилась до такой степени, что могла ослепить.

Рама настаивал на том, чтобы оставить флагман напоследок, так как он мог выдержать то, что сгубило бы и "Advensis Tempestus", и "Мономах" дель Мархиоса вместе взятые. Наша артиллерия выцеливала сначала небольшие корабли, которые можно уничтожить даже одним-единственным попаданием.

К тому моменту, когда орудия "Нова" перезарядили, некроны попытались избежать обстрела. Их лёгкие крейсеры, напоминающие несколько полумесяцев, скреплённых на одной оси, исчезли с экранов дальних сканеров. А между тем расстояние между эскадрами такое, что невооружённым глазом не заметить, растворились они вообще или обманули только наше оборудование. Для "Новы" пришлось выбирать иные цели, что вылилось в потерю драгоценного времени на наводку, упреждение и согласование.