Шрифт:
– Вариил Солеруа, магистр флота.
– Вы, господин Солеруа, повторяете за предателем. Он вообще много чего сделал, чтобы спасти своих владык с Хелги. Поймите же! Все ваши действия, все битвы – всего лишь отвлекающий манёвр!
Вариил нахмурился и опустил взор. Остальные пленники принялись переглядываться, чтобы отыскать молчаливый ответ у товарищей по несчастью.
– Но у нас ещё есть шанс разрушить планы еретиков, – проговорила Туонела. – Помогите мне. Сопротивляться бесполезно, отказывать мне в высшей степени неразумно! У нас общие цели, и первая среди них – служение Богу-Императору и Империуму!
По баррикадам в это мгновение застучали пули. Штурмовики попрятались в укрытия, а Саламандры и воины Караула Смерти приготовились к контратаке.
Сам факт того, что подошли подкрепления, поднял пленным боевой дух, на хмурых лицах появились ухмылки.
Рыцарь из свиты магистра флота, который из-за ран даже на коленях не мог удержаться, бросил Саламандрам:
– Ну что, предатели? Настало время ответить за нарушение данного слова! На этот раз не рассчитывайте, что вас бросят в тюрьму!
Если он нарывался на побои, то не дождался подобной реакции. Конвоиры будто бы его и не слышали.
– Что вам нужно, инквизитор? – спросил Вариил, обдумав непростое положение, в котором они все оказались.
– Здесь есть связисты?
– Да. Вы не всех убили.
Туонела и бровью не повела, произнесла:
– Мне нужно, чтобы они связались с навигатором, главным астропатом, мастером-канониром и вообще со всеми важными людьми не только на этом корабле, но и на других судах эскадры. Мне есть, что сказать. Баланс сил изменился. Мёртвых, конечно, к жизни не вернуть, но кое-что ещё можно исправить.
23
Тень смерти опустилась на Рыцарей.
Ещё совсем недавно магистр Нуоберон отчитывал Эллагора из-за высоких потерь, но за неполные два дня потерял ещё больше, несопоставимо больше, а ведь ещё даже не конец.
Враг вошёл в полную силу, Нуоберон же становился только слабее. Этот факт заставлял скрежетать зубами и сильнее перехватывать рукоять меча.
Последней каплей стала гибель безымянного абордажника, одного из тысяч, кто сложил голову во время нападения на "Пентакль". Ещё мгновение назад он сражался с Ангелами Смерти в одном строю, посылал в демонов пучки смертоносных лучей из залпового ружья, но вот вокруг его ноги обмоталось нечто склизкое синюшного оттенка. Нуоберон проследил, откуда протянулась эта дрянь, когда абордажник упал и его потянули в заросли цепляющего кустарника. Раздались истошные крики, а потом в сторону отпрыгнула гигантская жаба, из пасти которой высовывались руки в латных перчатках.
Их всех перебьют одного за другим. Медлить нельзя.
– На прорыв! – выкрикнул Нуоберон.
Он не знал, куда именно двигаться, – повсюду непроходимые дебри, тьма и оскаленные пасти, полные гнилых зубов. Нуоберон действовал по наитию, но указал остриём меча туда, где, по его мнению, и открывались врата в ад.
Котар вновь наслал на проклятых синее пламя, а библиарии Рыцарей Некоронованных призвали гнев стихии. Вихри и смерчи отбрасывали нечистых, а молнии превращали их в дымящиеся агонизирующие тела.
– Во имя Императора! В атаку!
Нуоберон бросился на отвратительного зверя Нургла. Бесформенное чудовище с чертами человека, насекомого и земноводной твари одновременно, попыталось раздавить его многочисленными лапами, но потеряло сначала одну, потом вторую, третью… Нуоберон рубил и рубил без конца, его клинок поднимался и опускался до тех пор, пока зверь не отшатнулся. Но Нуоберон не знал жалости, он шёл по кровавому следу и приготовился добить тварь. Он вспорол чудовищу брюхо, схватил за гроздья щупалец у пасти, потянул голову вниз и пронзил одно-единственное воспалённое буркало. Зверь испустил дух и отправился в царство хаоса, чтобы снова там возродиться.