– Вот же шлюха! А еще и меня пыталась такой выставить!

Все было из-за нее, этой хабалки! Я была ей подругой, а она так со мной поступила. Не было сомнений, что именно она настроила Макса против меня. Только поэтому он и уехал! А еще посадила в тюрьму друзей Костика. В жизни не поверю, что кто-то в здравом уме пытался силой взять ЭТО. Страшная, худая, безликая. Ни тебе яркого макияжа, ни броской одежды. Скромная, не компанейская! Никогда на наши шабаши с мужем не приходила. Говорит, не пьет. Тоже мне цаца, тьфу!

Семена, самого богато в Мариновке, увела. Макса, мажора, тоже… Костик мой нервничал из-за друзей в тюрьме, а колотил за это меня. Снова эта Катя! Везде свой нос засунет.

– Значит, – нервно кусая ногти, я измеряла шагами комнату, – она в достатке, с двумя мужиками, а я что? Живем на прожиточный минимум и детские деньги! В гостевом домике моих родителей! Да если бы не их огород, подохли бы давно! Жаль, что Костя все деньги на гулянки спускает… Но если бы не Катя со своим заявлением, он бы так не страдал, бедолага…

Вдруг злость взяла верх, и я буквально зарычала от несправедливости мира, гневно топнув ногой:

– Нет! Не будет ей счастья! У меня его нет и у нее не будет!

Надев короткий топ с пайетками и шортики, натянув прозрачные шпильки, я сделала роковой обольстительный маккиях: красные губы потолще, чтобы прямо за контуром! Черные толстые стрелки, роковой взгляд. Густые ресницы подкрасила, брови навела, волосы начесала, брызнулась маминым советским одеколоном «Красная Москва».

– Красотка! – оценив свой внешний вид, я радостно подмигнула шикарной женщине в отражении. – И как он такую проигнорирует? Никак!

Прихватив со столика новую пачку сигарет мужа, сунула в карман. Будет подарок. После пробралась к серванту и достала коньяк, что родители нам на свадьбу подарили. Удивительно, что Костя его первым не нашел и не выхлебал… А после пошла тяжелая артиллерия! Точнее, мой маленький секрет. Когда муж приходил домой совсем без настроения, и я не хотела попасть под горячую руку, применяла «секретное» оружие: мощное снотворное. Его маме выписали, а я стащила. Ничего, новое купит старушка. У нее пенсия огромная, куры не клюют!

– В путь! – поправив грудь, выпятив пятую точку назад, я пошла на разведку.

Трижды споткнулась во тьме на каблуках, но оно того стоило: Семен был дома! Почему-то сидел в машине, такое ощущение, словно очень давно. Так задумчиво смотрел перед собой, что даже не заметил, как я подкралась и постучала в окно.

– Оля? – от неожиданности он вздрогнул, проморгался. – Ты чего тут делаешь?..

Я приняла скорбный вид и опустила взгляд вниз:

– Как это «что?» Думала, тебе моральная поддержка после всего нужна.

– Моральная поддержка? – он сцепил зубы. На секунду я даже испугалась. Показалось, что сейчас мужчина схватит за гриву и выкинет вон. – С чего это вдруг?

– Ну, как… – с трудом удавалось скрывать радость. Приходилось снова и снова больно щипать себя за ногу. В один момент даже вышло вызвать слезу. – Вы ведь с Катей расстались.

– «Расстались?» – он скривился, сжал руль до хруста кожи. Я неосознанно отшагнула назад. – Это она тебе такое сказала?

– Мы с ней не общаемся. Сам понимаешь, я семейная девушка, а она гулящая… – торопливо махнула рукой я. Реакция Семена не заставила себя ждать. Взгляд его кричал: «Еще одно слово в адрес жены, и я за себя не отвечаю!». Решила больше не ходить по тонкому льду и сразу перешла к сути: – Она ведь с Максом сошлась. У них там полный кураж… Я решила, что тебе будет грустно одному, и мы выпьем, по душам поговорим…

Я видела, как уши Семена дернулись. Он словно настраивал звук. Лицо вытянулось, губы сжались в тонкую линию. Выглядел мужчина поистине ужасающе.

– С чего ты взяла, что они сошлись? Что за бред! – чеканил он каждое слово, протирая во мне взглядом дыру.

Он бы никогда не поверил мне. Ни за что. Ведь Катя в глазах мужчины святая. Я испытала настоящий оргазм, пока показывала Семену истории Макса. На моменте с постелью он едва мой телефон не раздавил. Я в последний момент успела выдернуть из его медвежьей хватки свой гаджет!

– Да я ведь его просто убью… – рычал он, пока грудь исходилась. Красный, дерганный, рычащий, он тщетно пытался попасть ключами в зажигание, но ничего не вышло. – Ему конец! Просто конец! Сопляк, нарвался-таки!

– Семен, послушай… – мягко прошептала я, не будучи уверенной, что Семен вправду слышит мой голос. Требовалось достучаться до мужчины, и я подключила для этого все актерские способности. – Ну, набьешь ты ему морду. И что? Посадят тебя, а она дальше с ним будет. Сердцу не прикажешь. Ты ведь знаешь, что Катя всегда его любила. Только он ее – нет. Вот мальчик пальчиком поманил, и она к любви своей потянулась. Прими и отпусти. Не порть себе жизнь. Она мне сама говорила, что если Макс ее замуж позовет, то она сразу от тебя убежит.