В Европе железные дороги строить легче и сложнее одновременно, а в России просто сложнее. В Европе маленькие расстояния, но много сложной местности, а в России просто огромные расстояния и иногда на них случаются сложные участки.

Нужны огромные объёмы терезианской стали и они уже вырабатываются, но изготовление рельсов идёт низкими темпами, потому что массовое производство требует куда более масштабных производственных мощностей, поэтому весь процесс тормозится.

Впрочем, главной проблемой Таргус видел масштаб железнодорожной стройки. Ему эти железные дороги нужны везде, причём обязательно, чтобы они связали воедино все подконтрольные ему территории, а это до крайности амбициозный проект.

Швеция скоро будет соединена с Россией не только морем — Императорская Балтийская железная дорога будет завершена до конца 1756 года. Она обещает стать крайне рентабельной, потому что в мире сейчас нет более живой торговли, чем между Швецией и Россией.

К тому же, это стратегический взаимный контроль — можно быстро перебросить легионы в случае мятежей, как из России в Швецию, так и из Швеции в Россию.

Параллельно строится масштабная и амбициозная железная дорога, которая соединит Киль, Вену, Варшаву и Санкт-Петербург. Её уже назвали Via Imperialis Magna, то есть, Великая императорская дорога и она — это главный проект, который сведёт до минимума риск утраты контроля над какой-либо территорией.

Назначение у этих дорог, в первую очередь, военное — они нужны для переброски и снабжения легионов, а торговое значение второстепенное и рассматривается Таргусом как приятный придаток.

«VIM» обещает протяжённость около 2500 километров, а строительство её, согласно расчётам, может занять 6–7 лет, если мыслить оптимистично.

Таргус разбил её на восемь участков, которые строятся одновременно.

Вторичные линии строятся частными подрядчиками, которых нашлось довольно-таки много. Он даже «простил» династию купцов Демидовых, которые сейчас строят дорогу в Сибирь. Жить им осталось недолго, лишь до завершения этой железной дороги — Таргус не собирается никого прощать. Это репутационный вопрос, а не морально-этический.

Все должны знать, что император просто не умеет прощать предательство и оно может закончиться только смертью. Либо он умрёт, либо предатели — третьего не дано. Поэтому нужно либо предавать наверняка, с гарантированным летальным исходом для императора, либо просто не предавать его.

— Некоторые участки новой сети уже введены в эксплуатацию — Промзона II соединена с Санкт-Петербургом и, тем самым, соединена с Промзоной I, — продолжил Ломоносов. — Темпы строительства растут, всё это подтверждается подробными ежеквартальными докладами и результатами инспекций. Скоро мы не узнаем Россию.

— Я уже не узнаю её, — улыбнулся Таргус. — Продолжайте.

— Теперь о программе романизации, — кивнул главный консилариус. — Ежегодные расходы казны на программу составляют 14,5% от нашего общего бюджета, то есть, 5 075 000 имперских денариев.

До сих пор идёт денежная реформа — рубли, постепенно, изымаются из оборота и заменяются имперскими денариями. Провинции Кавказ и Киммерия уже полностью перешли на денарии.

Один имперский денарий весит 29,4 грамма серебра 850 пробы, то есть в одной монете содержится ровно 25 грамм чистого серебра, что очень удобно.

В новой монете применяется рифлёный гурт, глубокая чеканка, сложная матрица с тремя гербами — «Священной Римской» империи, Российской империи и Шведского королевства, а также строго стандартизированный вес. Также, для защиты монеты применяется сложный сплав: 85% серебра, 13% меди, 1% никеля и 1% цинка. Этот сплав увеличивает долговечность монеты примерно в три раза, а также позволяет легко увидеть попытку порчи — любое соскабливание слоя с монеты обнажит блестящий металл.

Но эта монета — конец эпохи «хромающей валюты», потому что во всех подконтрольных державах Таргуса введён запрет свободной чеканки серебряных монет, но разрешена свободная чеканка монет золотых. Это полноценный переход к золотому стандарту, который позволит стабилизировать экономику.

На Кавказе и в Киммерии уже исполняется закон Грешема, (1) что есть неизбежность, несмотря на принудительное выведение из оборота старых монет, путём обмена по весу чистого серебра. Потребуется несколько лет, прежде чем старые монеты полностью покинут обращение, и останется единственная монета, чеканящаяся исключительно на императорских монетных дворах.

Также, параллельно монетной реформе, Таргус, когда в государственных банках накопится достаточно золотой массы, внедрит бумажные солиды, обеспеченные золотом.

В этом вопросе он будет вести очень строгую политику, печатая банкноты ровно на количество золота в государственных хранилищах, с возможностью обмена банкнот на золото по первому требованию.

Это должно ускорить экономику, что ускорит промышленный рост.

Но сложное тут — не поддаваться соблазну напечатать ещё «немного» денег, чтобы выполнить какой-нибудь «очень важный» план раньше срока.

— Подробнее, на что уходят деньги? — потребовал Таргус.

— Доля расходов следующая… — раскрыл Михаил Васильевич папку. — Итак. 43% уходят на строительство школ и гимназий, а также на выплату стипендий студентам. 17% мы расходуем на подготовку административных служащих и повсеместное внедрение имперских регламентов. 16% мы тратим на инфраструктуру и пропаганду, то есть, на печать материалов на латыни, публичные церемонии, постановки и газеты. Ещё 14% мы тратим на льготы и стипендии романизированным. А оставшиеся 10% мы расходуем на дополнительных вигилов и инспекции, чтобы обеспечить контроль и порядок.